Виктория – значит Победа. Серебряной горы хозяйка

И они надели на меня и юбку, и лиф, и позвали Мари — чтобы убрала волосы под шляпу, которую прикрепили к причёске булавками. На лиф я пристегнула вчерашнюю камею — пускай будет, раз это у меня теперь вроде талисмана. И заклинаний на неё нужно наворотить, да побольше, но сейчас уже некогда, а вот завтра займусь. А граф пускай проверяет, хорошо ли я сделала.

Тереза прибежала как раз в тот момент, когда я осматривала себя в зеркало с разных сторон. Кажется, нужно заказать сюда зеркало побольше, чтобы в разных видах и ракурсах, а то нужно пристроиться, чтобы разглядеть платье полностью.

— Какая прелесть! — заверещала она с порога. — Ах, Амедео, вот, что вы шили, а мне не говорили! — она с кокетливой улыбкой погрозила мастеру пальчиком. — Викторьенн, все мужчины в порту будут твои!

— А мне столько зачем? — поинтересовалась я лениво.

— Выберешь лучшего, — смеялась она.

Тереза тоже уже оделась, и она в новом своём наряде была божественно хороша, юна, легка и дерзка. И её новые жемчужные серьги прямо кричали — я прекрасна и у меня всё отлично.

А я подумала, что хочу к этому алому наряду какую-нибудь забубенную этническую серебряную филигрань, только где ж её здесь взять? Или поехать к мастеру и порисовать с ним вместе так же, как мы рисовали с Амедео? Поглядим.

Я громко объявила, что сегодня — выходной у всех, ну, кроме того, что приготовить поесть придётся, и все, кто хочет, могут пойти в порт смотреть отбытие эскадры его высочества. После чего мы с Терезой, камеристками и Шарло погрузились в экипаж и отправились.

В порт сегодня отправился весь город, припарковаться — или как тут это называется? — было решительно негде. Но мой кучер, великий человек, кого-то подвинул, кого-то прогнал, и вот — мы выходим на площади, откуда вид так себе, зато здесь толкутся решительно все.

— Госпожа де ла Шуэтт, госпожа де Тье, — нас приветствует господин Орвиль.

И мгновением позже протискивается господин граф.

— Викторьенн, вы снова удивляете всех. Язык пламени, как он есть, — улыбается граф. — Тереза, вы невероятно очаровательны.

— Благодарю, — улыбаюсь я в ответ. — Скажите, откуда мы можем ну хоть что-нибудь рассмотреть?

— Пойдёмте, — кивает он, и ведёт нас в какое-то известное только ему место.

По дороге встречаем чёртову тучу знакомцев, со всеми раскланиваемся. На нас с Терезой таращатся. И пару раз спрашивают, кто нас одевает. Мы только загадочно улыбаемся и переглядываемся. Подержим паузу ещё немного."

"Оказалось — есть площадка, куда не вдруг попадёшь, потому что посторонних не пускают, но господин граф знает кого-то, и нас не просто пускают, а с поклонами и вообще.