22
0
— Кто его обнаружил?
— Один рабочий-газовщик, он начинает работу в пять утра и живет в этом доме… Вон там, видите, в окне на третьем этаже его жена… Я, конечно, снял с него свидетельские показания… Я как раз дежурил ночью…
Поскольку вокруг толпились зеваки, момент для упреков был неподходящий…
— Скажите, Борник, у вас не создалось впечатления, что тело выбросили из машины или как-то иначе положили на тротуар?
— Конечно, его кто-то положил…
— Он лежал на спине?
— На животе… Поначалу можно было подумать, что какой-нибудь пьянчужка дрыхнет после попойки… А вот запаха алкоголя… Уж по части запаха я, скажу вам…
— Я полагаю, вы опросили жильцов?
— Всех, кто был дома… Главным образом женщин и стариков, мужчины-то ушли на работу…
— И никто ничего не видел и не слышал?
— Кроме одной старухи, она живет наверху, на шестом этаже, и, кажется, страдает бессонницей.
— А голосов она не слышала?
— Нет.
— Она не выглянула в окно?
— Старуха едва ноги переставляет. Перво-наперво она подумала, что в доме кто-то болен и вызвали «Скорую помощь»… Она прислушивалась, ждала, когда хлопнет дверь подъезда, но машина почти сразу же развернулась и уехала…
И инспектор Борник добавил с видом человека, который знает свое дело:
— Я еще заеду сюда в полдень и вечером, когда мужчины вернутся с работы…
— Из прокуратуры приезжали?
— Да, прямо спозаранку… Но долго здесь не задержались… Так, для проформы…
Мегрэ и Люка под взглядами зевак сели в свою машину.
— На улицу Виктор-Массе…
На тележках зеленщиков, между которыми сновали домашние хозяйки, высились горы черешни и даже персиков. Париж в это утро выглядел очень оживленным, большинство прохожих шли по теневой стороне улицы, а не по той, которую нещадно палило солнце.
На улице Нотр-Дам-де-Лоретт они увидели желтый фасад кабаре «Сен-Троп», вход в которое был закрыт решеткой, а слева от него, в витрине, красовались на фотографиях полуобнаженные женщины.
На улице Виктор-Массе почти такая же витрина была на более широком фасаде «Голубого экспресса». Люка проехал чуть дальше и остановился перед солидным жилым домом. Дом был из серого камня, довольно богатый, и две медные дощечки извещали: одна — о том, что здесь живет доктор, другая — что здесь находится Общество по продаже недвижимого имущества.
— Вы к кому? — не очень любезно спросила консьержка, открывая застекленную дверь своей каморки.
