16
0Комиссар приказал ему до прихода эксперта охранять груду старья, составлявшего имущество Тубиба. Потом в сопровождении Лапуэнта направился к «Зваарте Зваан».
— Вас зовут Хуберт ван Гут?
Куда молчаливее, а может, и подозрительнее, чем брат, юноша ограничился кивком головы.
— Вчера вечером вы ходили на танцы?
— А что в этом плохого?
Акцент у него был меньше заметен. Разговаривая с ним, Мегрэ и Лапуэнту, стоявшим на набережной, приходилось высоко закидывать голову.
— Где же это вы были?
— Возле площади Бастилии. Там есть такая узенькая улочка и на ней с полдюжины кабаков.
— Вы туда и раньше захаживали?
— Не раз… — Значит, вам ничего не известно о том, что случилось ночью?
— Лишь то, что мне рассказал брат.
Из медной трубы на палубу валил дым. Женщина с ребенком уже спустилась вниз, в каюту, откуда до комиссара и инспектора доносился аппетитный запах еды.
— Когда мы сможем отчалить? — спросил молодой человек.
— Наверное, после полудня, как только судья пришлет вашему брату на подпись протокол допроса.
У Хуберта ван Гута, аккуратного, тщательно причесанного, была, как и у брата, розоватая кожа и очень светлые волосы.
Немного погодя Мегрэ и Лапуэнт пересекли набережную Селестэн и на углу улицы Аве-Мария увидели бистро «Маленький Турин». На пороге стоял хозяин в жилете. Внутри никого не было.
— Можно войти?
Хозяин посторонился, удивившись, что его бистро привлекло таких посетителей. Оно было крохотное: стойка да три столика — вот и все. Стены были ярко-зеленые. С потолка свисали окорока, болонские колбасы, странные желтоватые сыры, с виду похожие на раздутые бурдюки с вином.
— Что пожелаете?
— Вина.
— Кьянти?
На полках стояли оплетенные бутыли, но хозяин не прикоснулся к ним, а достал из-под прилавка бутылку и наполнил стаканы, не сводя любопытных глаз с гостей.
— Вы знаете бродягу, по прозвищу Тубиб?
— Как он там? Надеюсь, жив?
Здесь звучал уже не фламандский, а итальянский акцент и вместо флегматичного Жефа ван Гута и его брата — экспансивный хозяин бистро.
— Вы в курсе дела? — спросил Мегрэ.
— Слыхал, что с ним ночью что-то случилось.
— Кто вам сказал об этом?
— Какой-то бродяга утром.
— Что же он вам сказал?
— Что возле моста Мари была потасовка и за Тубибом приехала «скорая помощь».
— И все?
— Кажется, речники вытащили его из воды.
— Тубиб у вас покупал вино?
— Частенько.
— Он много пил?
— Около двух литров в день… Конечно, когда у него водились деньжонки… — А как он их зарабатывал?
— Как все они — подсоблял на Центральном рынке или в другом месте… Иногда разгуливал по улицам с рекламными щитами. Тубибу я охотно давал в долг.
— Почему?
— Потому что он был не простой бродяга, как другие… Он спас мою жену.
