16
0
— А что тебе еще известно о нем?
— Больше ничего…
— Он когда-нибудь разговаривал с тобой?
— А как же! Ведь это я иногда подстригала ему волосы. Нужно помогать друг другу!
— Он много пил?
Мегрэ понимал бессмысленность этого вопроса: пили почти все бродяги.
— Не больше других.
— Много?
— Пьяным я его никогда не видала. А вот уж про меня этого не скажешь! — И она засмеялась. — Представьте себе, я вас знаю и помню, что вы не злой. Как-то раз вы меня допрашивали у себя в кабинете… Давно это было, может, лет двадцать назад, когда я еще работала у ворот Сен-Дени…
— Ты ничего не слыхала прошлой ночью?
Она показала рукой на мост Луи-Филиппа, чтобы подчеркнуть расстояние, которое отделяло его от моста Мари.
— Слишком далеко…
— И ты ничего не видела?
— Видела только фары машины… Я подошла поближе — правда, не очень — боялась, как бы меня в нее не упрятали, — и разглядела, что это была «скорая помощь»…
— Ну, а вы что-нибудь видели? — обратился Мегрэ к трем другим бродягам.
Они испуганно замотали головами.
— А не пройти ли нам к хозяину «Пуату»? — предложил помощник прокурора, очевидно желая поскорее покончить с этим делом.
Речник с «Пуату», совсем не похожий на фламандца, уже поджидал их. Вместе с ним на борту «Пуату» тоже жили жена и дети, хотя баржа принадлежала не ему. Она почти всегда ходила лишь от песчаных карьеров Верхней Сены до Парижа. Речника звали Жюстен Гуле. Этому самому Жюстену Гуле — низкорослому, с плутоватыми глазками и прилипшей к губе потухшей сигаретой — можно было дать лет сорок пять.
Из-за грохота крана, продолжавшего разгружать песок, приходилось говорить очень громко.
— Вот ведь занятно! — хмыкнул Гуле.
— Что занятно?
— Да то, что нашлись люди, которые не поленились трахнуть бродягу и швырнуть его в воду.
— Вы их видели?
— Я ровно ничего не видел.
— Где вы находились?
— Когда кокнули этого малого? У себя в постели.
— Что же вы слышали?
— Слышал, как кто-то завопил.
— А шума машины не слышали?
— Может, и слышал. Наверху, по набережной, вечно мчатся машины, так что на это я не обратил внимания.
— Вы поднялись на палубу?
— Ну да… Как был — в пижаме, даже штаны не успел натянуть.
— А ваша жена?
— Она спросонья спросила: «Куда ты?»
— Что вы увидели с палубы?
— А ничего… Как всегда, в Сене крутились воронки.
— А где в это время находился Жеф ван Гут?
— Фламандец-то? Я вскоре разглядел его на палубе баржи… Он как раз отвязывал свой ялик… Когда течение проносило его мимо меня, я спрыгнул в лодку… Мы увидели того самого малого — он то всплывал, то исчезал… Фламандец попытался зацепить его багром…
— С большим железным крюком на конце?
— Как и все багры.
