Весь Мегрэ. Том 3

Кафе они покинули вместе и не успели добраться даже до моста Сен-Мишель, как хозяин закрыл ставни.

— Вы направляетесь туда?

— Нет. Я выжидаю.

К счастью, набережная Орфевр была плохо освещена.

Оставаясь на тротуаре, тянувшемся вдоль Сены, они не выходили из тени, и постовой у здания уголовной полиции не мог их разглядеть.

— Вы полагаете, он признается?

Мегрэ лишь пожал плечами. Он не был Господом Богом. И сделал то, что было в его силах. Остальное касалось Жанвье.

Они шли в полной тишине. Издалека их, должно быть, принимали за парочку влюбленных или скорее за чету, вышедшую на набережную подышать вечерним воздухом, прежде чем отойти ко сну.

— Знаете, я почти сожалею, — ни с того ни с сего проворчал комиссар, — что виновным оказался не доктор Негрель.

Девушка резко дернулась, вперив в него внезапно ставший жестким взгляд.

— Как это прикажете понимать?

— Не гневайтесь. Я ничего не имею против вашего Жильбера, наоборот, но будь это он, дело можно было бы рассматривать как несчастный случай. Понимаете?

— Пожалуй, начинаю улавливать вашу мысль.

— Во-первых, ваш жених не имел достаточных мотивов для этого убийства. Особенно учитывая то обстоятельство, что вы были в курсе его связи с Эвелин Жав. А это так, верно?

— Да.

Он приостановился и спросил, не глядя на нее:

— Почему вы говорите неправду?

— Я не лгу. То есть…

— Ну говорите же, говорите.

— Я знала, поскольку он сам мне в этом признался. Эта женщина, по сути дела, вынудила его вступить с ней в близкие отношения. Знала я и о том, что она продолжала бегать за ним…

— Но вы и понятия не имели насчет ее приезда в субботу из Канн?

— Не знала.

— Как не знали и о том, что она заходила к вашему жениху домой уже после его знакомства с вами.

— Все правильно. Видите, я вполне искренна с вами. Из-за присущего ему такта он ни словом не обмолвился мне об этом. Разве это что-либо меняет?

Комиссар не торопясь размышлял.

— Теперь уж нет. При любом раскладе мотив для убийства не был бы достаточно убедителен. И, как я только что вам объяснил, будь то Негрель, все свелось бы к несчастному случаю — ошибке с ампулой.

— Вы все еще полагаете, что это возможно?

— Боюсь, что нет.

— Почему?

— Да потому, что уже с вечера пятницы Жав знал о том, что его жена вылетает в субботу в Париж. Он прибыл в столицу вовсе не на свидание с Антуанеттой. И отнюдь не опаздывал на тот самолет, которым отправилась Эвелин. Он сознательно воспользовался лондонским рейсом, так как — я убежден в этом — был заранее осведомлен о расписании полетов.

Окна в верхней части здания уголовной полиции были по-прежнему освещены. Дважды или трижды мелькнул силуэт — конечно, это был Жанвье, слишком взвинченный, чтобы спокойно восседать за столом Мегрэ.