Весь Мегрэ. Том 3

Если такое и впрямь случилось, то он безусловно разъярился. А в таком состоянии он, должно быть, становился ужасным. Возможно, он пытался вышвырнуть вас вон… Ударил дочь…

— Ну вы и сочинитель… — иронически повторил Жеф.

— Будь я на вашем месте, я бы, уверен, придерживался именно этой версии. Потому, что тогда смерть Виллемса выглядела бы чуть ли не несчастным случаем…

— Она и была таковой…

— Я сказал «чуть ли не». Я даже не утверждаю, что вы помогли ему свалиться в воду. Он был пьян. Шатался. Шел ли, кстати, дождь в ту ночь?

— Да…

— Вот видите! Значит, доски сходен намокли, было скользко.

Вы допустили ошибку лишь в том, что не сразу бросились ему на помощь. А, может, произошло нечто более серьезное: вы толкнули его. Все это случилось два года тому назад, и в полицейском протоколе был упомянут несчастный случай, а не убийство…

— Ну и что? Почему вы так упорствуете в том, чтобы свалить это происшествие на мою голову?

— Я всего лишь пытаюсь найти объяснение. А теперь предположите, что кто-то видел, как вы спихнули Виллемса в Сену. И этот человек находился на набережной, вы его не заметили.

Он вполне мог бы заявить полиции, что вы простояли на палубе достаточно долго, прежде чем прыгнуть в лодку, выжидали, пока хозяин не нахлебается вдоволь и не окочурится.

— А Аннеке? Она, выходит, тоже смотрела и ничего не говорила?

— Вполне вероятно, что в два часа ночи она уже спала. Как бы то ни было, но человек, видевший, как все это происходило, потому что в то время он ночевал под мостом Берси, ничего не сказал полиции.

Клошары не очень любят вмешиваться в чужие дела. Они воспринимают мир иначе, чем остальные люди и имеют свое, только им присущее, мнение о том, что такое правосудие.

А вы после этого смогли жениться на Аннеке, а поскольку вам был нужен помощник, чтобы управляться с баржой, вы вызвали из Бельгии своего брата. Наконец-то вы обрели счастье. Стали в свою очередь, как вы выражаетесь, «боссом».

С тех пор вы неоднократно проплывали через Париж, но — и я готов поспорить! — всегда избегали швартоваться у моста Берси.

— Нет, моссье! Я там причаливал по меньшей мере трижды.

— Потому что клошар к тому времени убрался оттуда… Они, бомжи, ведь тоже переезжают с места на место, а ваш устроился под мостом Мари.

В понедельник он узнал «Зварте Зваан». Как и вас самих. Вопрос…

Он сделал вид, что его осенила новая мысль.

— Так что это вы хотели бы для себя выяснить?"

"— Да вот ломаю голову над следующим: а что если тогда на набережной Рапэ вы, вытащив Виллемса из воды, внезапно его заметили… Да… Почти наверняка так и было. Он подошел, но ничего не сказал.

А в понедельник, когда клошар начал бродить около вашего судна, вы сообразили, что он ведь мог и сболтнуть.