Весь Мегрэ. Том 3

— Готов поспорить, что мадам Виллемс, доживи она до вашей любви с Аннеке, не стала бы противиться вашему браку."

"Может, Жеф и взаправду был человеком недалеким, но инстинкт хищника у него был развит отлично, ибо на сей раз Мегрэ явно переборщил.

— Ага, значит вот что вы удумали, не так ли? Тогда и мне будет позволено сочинять всякие там истории?

— Я ничуть не фантазирую, просто описываю вашу жизнь такой, какой я себе её представляю, рискнул сделать неверное суждение.

— И тем хуже для меня, если, ошибившись, вы упечете меня в тюрягу…

— Выслушайте меня до конца. Детство у вас было не из легких.

Совсем молодым вы уже были выпущены трудиться, как взрослый. А потом вдруг встречаете Аннеке, и она смотрит на вас иначе, чем все остальные. Она считает вас не быдлом, оказавшимся на борту, чтобы вкалывать «по-черному», да быть тем, на ком срывают злость, а увидели в вас человека. Вполне естественно, что вы её полюбили. И наверное, мать, будь она живо, благословила бы ваши чувства.

Уф! Жеф, действительно, наконец-то сел, правда ещё не на стул, а всего лишь на подлокотник, но и это было уже продвижением вперед.

— И что дальше? Знаете, ч(дная у вас сложилась сказочка…

— Но, к сожалению, мадам Виллемс умирает.

Вы остались на судне лицом к лицу с её мужем и Аннеке, общались с ней весь день и — уверен! — хозяин за вами следил.

— Ну, это вы так говорите…

— Владелец прекрасной баржи, он отнюдь не горел желанием, чтобы его дочь вышла замуж за парня без гроша в кармане. И когда по вечерам он упивался в стельку, то становился грубым и омерзительным.

Мегрэ вновь обрел нужную осторожность, ни на секунду не упуская из виду Жефа.

— Неужто вы допускаете, что я позволю кому-то меня ударить?

— Убежден в обратном.

Вот только руку-то он поднимал не на вас. А на дочь. Спрашивается, а не застал ли он вас…

Теперь надо было выдержать небольшую паузу, наступила гнетущая тишина, Мегрэ мирно попыхивал трубкой.

— Вы недавно раскрыли мне одну любопытную подробность. Виллемс отлучался на берег по вечерам преимущественно в Париже, поскольку встречался с подружкой, с которой они вместе бражничали.

В других местах он предпочитал наклюкаться на борту или в какой-нибудь забегаловке неподалеку от места швартовки. Как и все моряки а вы сами сказали мне, что они встают ещё до зари — он должен был ложиться спать достаточно рано.

Но в Париже у вас возникала возможность побыть с Аннеке наедине и вы…

В этот момент раздались шаги, и в соседней комнате послышались голоса. Лапуэнт приоткрыл дверь.

— Готово, патрон.

— Сейчас.

И «песенка-шансонетка» продолжала назойливо крутиться в переполненном дымом кабинете.

— Вполне допустим вариант, при котором однажды Виллемс вернулся раньше, чем обычно, и застал вас в объятьях друг у друга.