16
0
— И все?
— Вроде бы его вытащили из воды речники…
— Тубиб покупал вино у вас?
— Частенько.
— Пил помногу?
— Порядка двух литров в день. Когда у него водились деньги…
— А как он их добывал?
— Да как все они… Где-то пособит при погрузке или разгрузке на Аллях или в другом месте. Или расхаживал с панно-рекламой по улицам. Ему я охотно давал и в кредит.
— Почему?
— Потому что он не был бродягой сродни прочим. Он спас мою жену…
Та суетилась неподалеку на кухне, — почти столь же полная, как и Леа, но куда более энергичная и сноровистая.
— Ты не обо мне тут байки сказываешь?
— Да вот говорю, что Тубиб…
Она тут же вдвинулась в зал, вытирая руки о передник.
— Это правда, что кто-то пытался его укокошить? Вы из полиции? Думаете, выкарабкается?
— Еще не ясно, — уклончиво ответил Мегрэ. — А от чего это он вас спас?
— Эх, если бы вы меня видели всего пару лет назад, то ни за что бы не узнали. Вся была покрыта экземой, лицо красное-красное, как у куска свежего мяса на прилавке. И длилось это много месяцев. В диспансере чего только не прописывали, давали различные мази, настолько дурно пахнувшие, что мне самой становилось от них не по себе.
Муж слушал её, поддакивая.
— Но как-то раз Тубиб сидел вон там, видите, в уголочке, рядом с дверью, а я жаловалась на болезнь зеленщице и вдруг почувствовала, что тот этак странно смотрит на меня. А чуть попозже и говорит, причем тем же самым голосом, как будто заказывает стаканчик винца:
— Кажется, я смогу вас вылечить.
И я брякнула, а доктор ли он. Тубиб улыбнулся.
— Никто не лишал меня права на медицинскую практику, — тихо произнес он при этом.
— Он выписал вам рецепт?
— Нет. Попросил дать ему немного денег, двести франков, если точно припоминаю, и сам отправился к фармацевту разыскивать разные там порошочки.
— Принимайте до еды по одному, растворив в теплой воде. А утром и вечером обязательно обмывайтесь очень сильно посоленой водой.
Хотите верьте, хотите нет, но спустя два месяца моя кожа стала такой, как вы её видите в настоящее время.
— Он лечил и других, не только вас?
— Вот этого я не знаю. Тубиб не был разговорчивым человеком."
"— А сюда он заходил ежедневно?
— Почти, чтобы отовариться своими двумя литрами.
— И всегда один? Видели ли вы его когда-нибудь в сопровождении кого-либо или нескольких незнакомых вам лиц?
— Нет…
— Не раскрыл ли он вам свою настоящую фамилию и не говорил ли, где проживал ранее?
— Мне известно только, что у него есть дочка. У нас с мужем тоже девочка, сейчас она в школе.
