16
0
— Его прооперировали?
— Кто вам об этом сказал?
— Не знаю… Я полагал…
Мегрэ было не по себе в больнице и он явно робел.
— Под какой фамилией вы его записали?
— Под той, что фигурировала на его удостоверении личности.
— Оно у вас?
— Могу показать.
Она вошла в небольшой застекленный кабинетик в глубине коридора, тут же откуда-то извлекла засаленную картону, все ещё не просохшую после того, как побывала в воде Сены.
Фамилия: Келлер.
Имена: Франсуа, Мари, Флорантен.
Профессия: Старьевщик.
Место рождения: Мюлуз, департамент Нижний Рейн.
Согласно этому документу бродяге было шестьдесят три года, проживал он в Париже в меблированных комнатах на улице Мобер, хорошо известных комиссару, ибо там официально числились некоторые из клошаров.
— Он пришел к сознание?
Сестра попыталась было перехватить удостоверение личности, которое комиссар тут же сунул в карман и, не преуспев в этом, проворчала:
— Это не положено… Согласно утвержденному порядку…
— Келлер в отдельной палате?
— Еще чего!
— Проводите меня к нему.
Она, постояв немного в нерешительности, в конце концов уступила.
— Все равно вы будете улаживать это дело с профессором…
Она пошла впереди, открыла третью дверь, за которой виднелось два или три ряда занятых пациентами коек. Большинство больных лежали на спине, с открытыми глазами; в глубине двое-трое в больничной одежде стояли, тихо переговариваясь.
Ближе к середине помещения у одной из кроватей сгрудилось с десяток молодых парней и девушек, все — в белых халатах и шапочках — окружив коренастого, невысокого, с волосами «ежиком» мужчину тоже в типичной для медиков одеянии, видимо, читавшего им вроде лекции.
— Его пока нельзя беспокоить. Вы же видите: он занят.
Тем не менее сама она подошла к профессору и что-то прошептала ему на ухо, то издали бросил взгляд на Мегрэ, но продолжил свои объяснения.
— Занятия закончатся через несколько минут. Он просит подождать его в кабинете."
"Старшая сестра провела их туда. Комнатка была небольшая, и в ней размещались всего два стула. На письменном столе в серебряной рамке стояла фотография женщины и трех детей, касавшихся друг друга головами.
Мегрэ, поколебавшись, все же решился и выбил в полную окурков от сигарет пепельницу содержимое трубки, чтобы тут же набить себе новую.
— Извините, что заставил вас себя ждать, месье комиссар. Когда сестра сообщила, что вы тут появились, я был слегка удивлен. Ведь…
Не собирался ли и он в свою очередь брякнуть, что речь-то идет всего-навсего о каком-то клошаре? Нет.
— … дело это, думаю, довольно банальное, так?
— Пока ещё почти ничего не ясно, и я здорово рассчитываю на вас, чтобы просветить меня.
