15
0Наверное, из-за волос, которые они принимают за божественный нимб…
— Садитесь…
— Благодарю вас… Мне чаще приходится стоять на малярной лестнице, чем сидеть…
— Давно вы трудитесь у Леонара Планшона?
— Мы работали вместе, когда он был еще совсем молодой, у Лемперера, прежнего хозяина мастерской…
— Значит, вам известно, что сейчас происходит в доме на улице Толозе?
— Я бы ответил вам, но это будет зависеть…
— От чего?
— От того, как вы поступите, если я вам все расскажу…
— Не понимаю…
— Если вы собираетесь передать содержимое нашего разговора хозяйке или мосье Роже, то ничего вам не скажу… Я ведь всего лишь рабочий… И уж тем более, если мне придется повторить свои показания перед судом…
— Почему перед судом?
— Потому что, когда вас вызывают в полицию, то, значит, произошло что-то неладное, разве не так?
— Вы полагаете, что в доме на улице Толозе что-то случилось?
— Вы не ответили на мой вопрос.
— Думаю, что тема нашего разговора останется между нами…
— Что вы хотите узнать?"
"— Какие отношения были между вашим хозяином и его женой?
— Разве она вам об этом не сказала?.
— Давно Пру стал ее любовником?
— Любовником, не знаю… Но вот уже два года, как он спит в доме…
— А как к этому отнесся Планшон?
— Как и любой рогоносец!
— Вы хотите сказать, что он воспринял такую ситуацию как должное?
— Как должное или нет, но он ничего не мог поделать…
— Но ведь это происходило у него в доме?
— Может быть, он так считал, но, скорее, это был ее дом.
