9
0
— Что вы называете «часто»?
— Несколько раз в неделю.
— Сколько же, например?
— Три или четыре.
— С одним и тем же мужчиной?
— Да, господин председатель.
— Смогли бы вы его узнать?
— Конечно, господин председатель.
— Когда вы видели ее в последний раз?
— Накануне моего поступления в больницу, то есть двадцать пятого февраля. Из-за операции я и запомнил дату.
— Опишите его!
— Небольшого роста… Скорее даже маленького… Видимо, как и многие, от этого страдает и носит специальные ботинки на толстенной подошве и большом каблуке… Всегда хорошо одет, можно даже сказать — с иголочки, в нашем квартале не части попадаются такие франты… Это даже удивило меня…
— Почему?
— Да потому, что такие не ходят к нам днем, да еще с одной и той же женщиной…
— Я полагаю, что вы более или менее знакомы с монмартрской фауной?
— Простите, я не понял…
— Я имею в виду мужчин, о которых вы сейчас говорили…
— Да, многих из них я с виду знаю…
— Видели вы еще где-нибудь этого человека?
— Нет, только у нас в отеле.
— И ничего о нем не слышали?
— Нет. Знаю только, что зовут его Пьеро.
— Откуда это вам известно?
— Дама, с которой он приходил, называла его так в моем присутствии.
— Он говорит с акцентом?
— Не так, чтобы очень. Однако мне всегда казалось, что он, должно быть, с юга или корсиканец.
— Благодарю вас!
И на этот раз на лицах присутствующих в зале снова можно было прочесть разочарование. Все ожидали драматической очной ставки, а вышел обычный, на первый взгляд даже невинный обмен вопросами и ответами.
Председатель посмотрел на часы.
— Объявляется перерыв до половины третьего.
В зале снова началась суматоха. Все повскакивали с мест и стояли стеной, чтобы взглянуть на выходившую Жинетту Меран. Издали Мегрэ показалось, что метр Ламблен спешит вслед за ней, а она время от времени оборачивается, чтобы удостовериться, идет ли он.
Едва комиссар вышел за дверь, как сразу натолкнулся на Жанвье и бросил на него вопросительный взгляд.
— Их поймали, патрон. Они оба у нас в полиции.
Комиссар не сразу сообразил, что речь идет уже о другом деле, о вооруженном налете на кассу филиала банка двадцатого округа.
— Как это удалось?
— Люка арестовал их в квартире матери одного из парней. Другой, товарищ сына, прятался у них под кроватью, а мать об этом не знала. Три дня они не выходили из комнаты. Бедная женщина поверила, что сын болен и готовила ему микстуры. Она — вдова железнодорожного служащего, работает в аптеке неподалеку от дома…
— Сколько им лет?
— Сыну — восемнадцать, а товарищу — двадцать.
— Не признаются?
— Пока нет, но мне кажется, что у вас они скоро расколются.
— Пообедаем вместе?
— Давайте. Я предупредил жену, чтобы она меня к обеду не ждала.
