9
0Я была глупой гусыней и должна была быть готова к тому, что случилось…
Она плакала на кухне не очень долго, однако достаточно, чтобы глаза покраснели. Она держала носовой платок в руке, и ноздри у нее были влажными.
— Сама того не зная, я уже ответила вам на этот вопрос, когда вы заходили ко мне сегодня первый раз. Вы помните, я сказала, что месяца полтора-два тому назад мне показалось, что я увидела свою невестку в зале. Жак зашел за мной в тот вечер, как он это часто делал. Не знаю, почему я ему рассказала об этом, хотя раньше никогда не рассказывала о моей семье. Я не могу вспомнить точно, как это получилось. Кажется, я сказала: «Мой брат был бы сильно удивлен, если бы узнал, какие заведения посещает его жена!» Что-то в этом роде… Жак меня спросил, что делает мой брат, и мне показалось забавным ответить: «Вафельки!» Нам было очень весело в ту ночь. Мы шли, крепко прижавшись друг к другу. «Он кондитер?» — «Да, в этом роде. Ты никогда не слышал о вафлях „Ляшом“?» И так как это имя ему ничего не говорило, я добавила. «Его жена стоит триста миллионов франков, а может быть, и больше». Теперь вы понимаете?
Мегрэ понял, но ему надо было знать больше.
— Он расспрашивал о вашей невестке?
— Не сразу. Это началось позже. Он задавал то один вопрос, то другой, как будто не придавая этому значения…
— Вы уже обсуждали вопрос о вашем браке?
— Несколько недель назад. Достаточно серьезно.
— А потом вы возвращались к этому вопросу?
— Я считала, что этот вопрос решен раз и навсегда.
Сенваль пробормотал, стараясь, чтобы его голос звучал убедительно:
— Я никогда не менял своего решения.
— Тогда для чего ты познакомился с моей невесткой?
— Из простого любопытства… без определенной цели… и потом — она же замужем… следовательно…
— Следовательно, что?
— Я был совершенно не заинтересован в…
— Разрешите, — прервал их Мегрэ, — я хотел бы, в свою очередь, задать несколько вопросов. Скажите мне, месье Сенваль, где и когда вы познакомились с Полет Ляшом?
— Вам нужна точная дата?
— Я не настаиваю на точности до одного часа.
— Это было в четверг, около четырех недель тому назад, в чайном салоне на улице Руаяль.
— Ты теперь стал посещать чайные салоны? — прыснула Вероника.
У нее не осталось больше никаких иллюзий, она не цеплялась за него. Она знала, что все кончено, и не обижалась на своего приятеля.
Она обвиняла во всем только себя одну.
— Я не думаю, — настаивал Мегрэ, — что вы оказались там случайно. Вы следили за Полет. По-видимому, от самого ее дома. Сколько дней вы ее подкарауливали?
— Это было на второй день.
— Иначе говоря, с целью познакомиться с ней вы ежедневно караулили ее в машине на набережной де-ля-Гар.
Он не стал отрицать.
