9
0
— А зачем мне лгать? Ты сама знаешь, что наша фирма оплачивает и гараж, и горючее… Если кому-нибудь надо срочно съездить по делу и у него нет под рукой машины…
— Само собой разумеется, вы незнакомы с Полет?
— С какой Полет?
Вероника Ляшом больше не улыбалась. Она стала чрезвычайно серьезной.
— С моей невесткой, — уточнила она.
— Ах! Да… Я смутно вспоминаю, ты мне о ней говорила…
— Вы ее знаете?
— Да, по имени.
— И вам известно, что она живет на набережной де-ля-Гар?
— Вы мне об этом напомнили. Я забыл.
Мегрэ заметил, что внизу, у консьержки, был телефон. В гостиной у Вероники тоже стоял телефон.
— Вы разрешите мне позвонить?
— Вы знаете, как пройти к телефону?
Он вошел в гостиную один и позвонил консьержке.
— Говорит Мегрэ… Я на шестом этаже… Да… будьте добры, посмотрите на улице, не стоит ли там маленькая черная машина… В ней должны находиться молодой мужчина и женщина средних лет… Скажите им от моего имени, что я прошу их подняться сюда…
Он не понизил голоса. На кухне все было слышно. Это была неприятная работа, и он старался сделать ее корректно.
— Прошу извинения, но я вынужден произвести очную ставку.
Ему показалось, что круглые глаза Вероники, еще недавно такие веселые, стали влажными. Ее грудь поднималась в другом ритме. Она заставляла себя есть, но у нее уже пропал аппетит.
— Ты можешь поклясться, что ничего не скрываешь, Жако?
Даже само имя «Жако» звучало сейчас неуместно.
— Уверяю тебя, Ник…
Первый раз в жизни — Вероника сама призналась в этом — у нее была серьезная связь, и, несмотря на весь свой внешний цинизм, она должна была дорожить этой любовью. Чувствовала ли она, что ее любовь под угрозой? Или у нее всегда были сомнения в искренности агента по рекламе? Или, может быть, она сознательно закрывала глаза, потому что в тридцать четыре года она устала играть роль женщины в смокинге и умирала от желания выйти замуж, как все?
Мегрэ ждал звонка. Когда он раздался, Мегрэ бросился в коридор и сам открыл дверь.
Как он и ожидал, бакалейщица надела праздничное платье, черное пальто с куньим воротником и очень вычурную шляпку… Лапуэнт ограничился тем, что лукаво подмигнул своему патрону и сказал:
— Я торопился, как только мог.
— Войдите, мадам. Это вы, не так ли, видели вчера вечером красную машину, стоявшую против вашего магазина?
Он сознательно избегал слова «лавка».
— Да, месье.
— Следуйте за мной.
Она молча остановилась в дверях кухни, затем, обернувшись к комиссару, спросила:
— Что я должна сделать?
— Вы кого-нибудь здесь узнаете?
— Конечно.
— Кого?
— Вот этого господина, который обедает…
Мегрэ снял с вешалки плащ и шляпу Сенваля.
— Я их узнаю тоже. Кроме того, я уже на улице узнала машину. У нее вмятина на правом крыле.
