9
0Не с кем поговорить.
— Вы ведь холостяк, верно?
— Да.
— Живете один. Сегодня взяли выходной: вероятно, позвонили к себе в контору, что заболели.
— Вы хотите, чтобы я сказал что-то, что поможет вам меня обнаружить. Вы уверены, что ваши техники не пробуют установить, откуда я звоню?
— Даю вам слово.
— Значит, не торопитесь арестовать меня?
— Я — как вы. Радуюсь, что скоро все будет кончено.
— Откуда вы знаете?
— Вы написали в газеты…
— Я не хотел, чтобы пострадал невиновный.
— Настоящая причина не в этом.
— Полагаете, я добиваюсь, чтобы меня поймали?
— Да, бессознательно.
— Что еще вы обо мне думаете?
— Вы чувствуете, что проиграли.
— Сказать по правде, боюсь.
— Чего? Ареста?
— Нет… Не важно — чего… Я и так сказал уже слишком много. Мне хотелось с вами поговорить, услышать ваш голос. Вы меня презираете?
— Я никого не презираю.
— Даже преступников?
— Даже их.
— Вы знаете, что рано или поздно меня возьмете, да?
— Да.
— У вас есть ниточка?
Чтобы поскорее с этим покончить, Мегрэ чуть было не признался, что уже располагает его фотографиями на набережной Анжу, у церкви и на Монпарнасском кладбище. Достаточно опубликовать их в газетах, как тут же найдутся люди, которые опознают убийцу Батийля. Комиссар не делал этого, потому что смутно чувствовал: человек этот не ожидает ареста и при угрозе его покончит с собой. Действовать нужно не спеша: пусть сам придет с повинной.
— Ниточка найдется всегда; трудно решить, не оборвется ли она.
— Я скоро повешу трубку.
— Что вы собираетесь делать сегодня?
— Что вы имеете в виду?
— Сегодня суббота. Воскресенье проведете за городом?
— Конечно, нет.
— У вас нет машины?
— Нет.
— Вы служите в какой-нибудь конторе, верно?
— Верно. В Париже десятки тысяч контор, так что в этом я могу сознаться.
— У вас есть друзья?
— Нет.
— А подруга?
— Нет. Когда нужно, я довольствуюсь тем, что подвернется. Вы понимаете, что я хочу сказать?"
"— Уверен, что завтрашний день вы посвятите длинному письму в газеты.
— Как это вы обо всем догадываетесь?
— Вы не первый, с кем случилось такое.
— И чем это кончалось у других?
— Финалы бывали разные.
— Кое-кто кончал самоубийством?
Мегрэ не ответил, и снова воцарилось молчание.
— Револьвера у меня нет, и я знаю, что без специального разрешения достать его сейчас практически невозможно.
— Вы не покончите с собой.
— Почему вы так думаете?
— Иначе вы не стали бы мне звонить.
Мегрэ утер пот со лба. Весь этот банальный разговор и его собственные нейтральные ответы все-таки помогли ему разобраться в личности собеседника.
— Я вешаю трубку, — произнес голос на другом конце линии.
— Можете позвонить в понедельник.
— Не завтра?
— Завтра воскресенье, и на службе меня не будет.
— Дома тоже?
— Хочу поехать с женой за город.
