С обедом обстояло также, если они ели дома, а ужинали супруги чаще всего в городе, но порознь…
— Я об этом не знал…
— Где находятся ваши дети, господин Наур?
— В Женеве, разумеется, или, точнее, в восьми километрах от Женевы, на нашей вилле…
— Дети вашего брата живут на Лазурном берегу с гувернанткой…
— Феликс часто навещал их и проводил часть года в Каннах…
— А его жена?
— Думаю, она их тоже навещала…
— Вы никогда не слышали, были ли у нее любовники?
— Я живу в другом городе…"
"— Я попытаюсь, господин Наур, рассказать вам все, что произошло этой ночью, или, точнее, то, что нам известно… До часа ночи ваш брат был убит выстрелом в горло, сделанным из автоматического оружия довольно крупного калибра.
— Откуда это известно?
— Потому что она была ранена пулей, выпущенной из пистолета калибра 6,35.
— Я не знаю этого квартала и никогда не слышал подобного имени.
— Ваша невестка, должно быть, о нем слышала, или о нем знал мужчина, который ее сопровождал.
— Вы хотите сказать, что в этой комнате находился кто-то еще?
— Я этого не утверждаю… Мадам Наур до или после происшедшей сцены поспешно затолкала свои вещи в один или несколько чемоданов… Затем, надев шубу из морской выдры, она со своим спутником вышла из «альфы-ромео» красного цвета перед домом 76-б на бульваре Вольтера, и они позвонили в дверь доктора…
— Кто был этот человек?
— Насколько нам известно, колумбийский гражданин в возрасте двадцати пяти или двадцати шести лет…
Пьер Наур остался невозмутимым, его лицо даже не дрогнуло.
— Вы не знаете, кто бы это мог быть? — спросил Мегрэ, глядя ему в глаза.
— Понятия не имею, — проронил тот, вынимая изо рта сигару.
— Ваша невестка была ранена в спину, но ее жизнь вне опасности. Доктор Пардон оказал ей первую помощь. Колумбиец рассказал вымышленную историю о том, что его спутница, с которой он якобы не знаком, подверглась на улице нападению.









