В плену Зверя

Жадно осмотрел лицо сына и крепко прижал к себе.

– И больше не уедешь никогда-никогда?

– Никогда-никогда, Карим.

Мальчишка засиял, тут же обнял его за шею и прижался сам к отцу. Правда, долго не усидел на руках, тут же вывернулся и бросился в комнату:

– Пойдем скорее, я покажу тебе свои игрушки! И рисунки! А ты расскажешь про свое задание!

– Иду сейчас. Только поговорю с мамой.

– А… ты точно не уйдешь? – с опаской спросил Карим, остановившись в шаге от комнаты.

– Клянусь. Я теперь отсюда никуда не денусь.

Сын удовлетворенно кивнул и тут же скрылся за дверью.

– Карим?

– Карим, – кивнула я, вытирая слезы, – ты ведь так хотел назвать сына.

– И я вернулся из важного задания? – вполголоса уточнил Дамир, притягивая меня к себе.

– Мне же нужно было как-то объяснить ребенку, почему папы нет, – выдохнула я, с любовью оглаживая его лицо.

– И нового папу даже не искала? – прищурился он."

"– А смысл? Никого лучше тебя я не найду. К тому же… – я приблизила к нему лицо и выдохнула в губы, – мне никто и не нужен. Я тебя люблю.

– Покажешь, насколько сильно? – горячий шепот обжег ухо и по телу побежали мурашки предвкушения.

– Только после того, как накормлю тебя.

– Пап, ну ты где??

– Иду! – повысил голос Дамир.

– А ты что, не скажешь, что любишь меня? – возмутилась я.

– А нужно?

– Ты никогда не говорил.

– Предпочитаю дела, а не слова, детка, – ухмыльнулся Дамир, и у меня сладко екнуло сердце от знакомых бархатных ноток. Он провел пальцами по моей шее – на ней до сих пор висел крестик его матери. Самое дорогое, что осталось у Дамира после нее.

Он вытащил из кармана джинсов обручальное кольцо, взял мою руку и надел на безымянный палец.

– Такое признание подойдет? – спросил он.

– А подумать можно? – облизнула я пересохшие губы.

– Нет, – категорично покачал головой Дамир и утянул меня в головокружительный поцелуй. И только я вошла во вкус, как он отстранился, улыбаясь, – Хорошего понемножку, милая. Мне к сыну пора.

– Вот же ты! – возмутилась я, чувствуя слабость в ногах, но не смогла не улыбнуться.

Дамир остановился у входа в комнату Карима, обернулся, окинул меня таким взглядом, от которого внутри все сладко задрожало от предвкушения, и ухмыльнулся:

– Так ты все же меня накормишь? Я очень голодный.

– Ой, точно! Прости.

Пока возилась с готовкой, не заметила, как Дамир вошел на кухню. Только почувствовала горячие сильные руки на талии – он привлек меня к себе, оголил плечо и оставил влажную жаркую дорожку поцелуев вверх по шее.

– Ты что, Карим… – запоздало охнула я. Внизу живота свернулся сладкий узел.

– Спит, – стягивая халат еще ниже, заявил Дамир.

– Подожди. Поешь сначала, прими душ… – попыталась я его образумить.

– Поем потом. В душ идем вместе. Не могу, хочу тебя.