В плену Зверя

Карим единственное, что у меня осталось, нельзя было рисковать сыном – это я повторяла как мантру, каждый раз, когда оказывалась в шаге от покупки билетов.

– Карим, ты почистил зубы? – я заглянула в детскую.

– Да, мам!

– Тогда спокойной ночи, – подошла к его кроватке и привычно поцеловала сына в лоб.

– И тебе, мам, – улыбнулся он.

Прикрыв дверь в детскую, я вернулась на кухню и занялась домашними делами. Загрузила посудомойку, стиральную машинку, приготовила вечерний чай и, немного приоткрыв окно, чтобы впустить вечернюю свежесть, села немного почитать.

Звонок в дверь раздался совсем внезапно.

К Кариму часто приходили в гости друзья, да и ко мне подруги, но в такое позднее время – никогда. В душе проснулась неясная тревога. Что за люди приходят в такой час? Стараясь не шуметь, я крадущимся шагом пробралась к двери и выглянула в глазок.

Сердце ухнуло вниз.

Поворот замка, щелчок, поворот – и я стою на пороге на грани обморока.

«Я схожу с ума. А ведь завтра вести Карима в садик. С кем он останется, если его мать положат в психбольницу?» – проносится в голове.

– Дамир?!

Чувствую, как почва уходит из-под ног.

Он стоял передо мной осунувшийся с заросшей щетиной лицом и лихорадочно горящими глазами. Немного похудевший, выглядящий не лучшим образом, но живой. Подхватил меня за талию, когда увидел, как я оседаю на пол. В нос сразу ударил знакомый до боли родной запах и у меня затряслись поджилки.

– Ты же… ты же мертв…

– Зверь – да. А лично мне еще хочется пожить, – нахально улыбнулся он.

Выдралась из его объятий, царапаясь и шипя, как кошка. Он еще шутит! Пришел сюда и шутит! После всего!

– Ты… ты же не помнишь меня!

– Ну-у. Мне нужно было, чтобы ты так думала.

Иначе ведь точно бы не уехала, – пожал плечами Дамир, улыбаясь во все тридцать два.

Стоит, смотрит и лыбится! В душе поднялась волна ярости и я рванула к нему.

– Ненавижу тебя! Ненавижу, ненавижу, ненавижу! Убирайся отсюда! Как ты вообще посмел?! Ненавижу!!! – кричала я, молотя кулаками в его грудь.

А после просто расплакалась. Затихла в его объятиях, вцепившись до побелевших костяшек в его рубашку, и, зажмурившись, уткнулась в его плечо. Дамир крепко прижал к себе, поглаживая по волосам и шепотом успокаивая.

– Мама? Мама, кто этот дядя? – послышался за спиной заспанный голос Карима.

Отстранившись, я обернулась к нему и улыбнулась сквозь слезы. Сын сонно тер глаза и с интересом глазел на первого и единственного мужчину, который появился у нас дома.

– Это папа, Карим.

Глаза мальчишки расширились.

– Папа? Ты вернулся с важного задания?

Мы переглянулись с Дамиром и я пожала плечом, мол, как я еще бы объяснила твое отсутствие.

– Вернулся, малыш.

Карим с боевым кличем бросился к нему, и Дамир, подхватив его на руки, поднял вверх.