24
0Ну и что? Теперь только под Новый год открытками обмениваемся. А Валерка и Братик… Почему же сердце останавливается, как подумаю, что сейчас разойдемся?
Если вспомнить, мы и знакомы-то в общей сложности не больше трех дней. А Володька с Васильком — те лишь сегодня увиделись. И вот прикипели друг к другу."
"Я посмотрел на них. Братик помогал Володьке застегнуть хитрую пряжку блестящего пояска, и они о чем-то шептались. Быстро и деловито. Они словно не собирались прощаться. Они вели себя как два одноклассника, которые договариваются завтра пойти в кино.
Может быть, не почувствовали еще до конца, что сейчас расстанутся навсегда? Или не подавали вида?
Они же крепкие ребята…
Валерка тоже смотрел на Василька и Володьку.
— Дэни… — тихо сказал я.
Валерка обернулся. У него были ласковые глаза, и он хотел сказать что-то хорошее.
И вдруг он вздрогнул. Поднял голову, будто услыхал далекий сигнал.
— Время убегает.
Мы начали торопливо зашнуровывать кеды.
— Скорее, — нетерпеливо попросил Валерка.
Мы бросили шнуровать и торопливо зашагали к маяку.
— Еще скорее надо, — уже с открытой тревогой сказал Валерка.
Володька и Братик переглянулись.
— Тогда побежим! — предложил Володька, и мы рванули вверх по склону.
Но Володька вдруг ойкнул и ткнулся в траву. Я подскочил.
— За камень зацепился, — сказал Володька, глядя на свой локоть. — Вот…
Кожа была содрана, по руке текли темные струйки.
Я скинул матроску, зубами рванул нижний шов, с треском отодрал от подола узкую ленту, смутно вспоминая, что однажды так уже было. Начал заматывать Володькину ссадину. Валерка стоял рядом. Я чувствовал, что все жилки звенят у него от страшного нетерпеливого беспокойства.
Я затянул узел.
— Бежим!
Володька вскочил и снова сел.
— Нога, — хмуро сказал он. — Кажется, подвернулась.
Я подхватил его на руки. Бежать мы теперь не могли, но я торопился изо всех сил.
Был уже виден вход в лабиринт. Скорее! Скорее же!..
У входа словно размыло края. Скалы как бы растеклись, и щель заплыла, исчезла. Упругий толчок воздуха остановил нас. Качнулась земля, контуры камней и маяка стали размытыми, пространство сдвинулось, и… вместо скал и якоря я увидел каменную насыпь, поросшую редкими кустами, а башня исчезла.
— Что это? — растерянно спросил я.
— Эхо времени. Волна, — как-то устало сказал Валерка и сел на валун, поставив палаш между колен. У него был вид человека, который опоздал на последний пароход и знает, что сейчас торопиться бесполезно.
Я опустил Володьку, и он довольно прочно встал на больную ногу.
А Василек… Он глянул на Володьку, потом подошел к брату, сел на корточки, положил подбородок на Валеркино колено.
