16
0Да, именно пока… А дальше — как Центр… Всего вам самого цветущего…
— Значит, религию внедряете? — спросил Валентин, когда Абов положил трубку и откинулся.
— Приходится… Прежние идеалы тронуты, как говорится, молью истории, а совсем без идеалов — оно как? Религии же, как показало время, нетленны. Мы с их отрицанием перегнули палку, упустили из виду пагубность полного безверия…
— А сам-то ты в Бога веруешь?
— Че-во?..
— Да ничего… Ладно, шлепай свою печать… — Валентин вытащил из-за пазухи свернутый и помятый лист. — Вот сюда… И распишись… В память о том, что я доставил детей в славный город Свирск живыми и здоровыми, несмотря на все ухищрения инопланетян…
— Охотно! — Абов чиркнул ручкой в углу листа и размахнулся печатью.
— Учтем. Стукай…
Валентин спрятал заверенную бумагу. На столе белела стопка чистых бланков. Валентин взял небрежно, прочитал: «Управление народного просвещения и культуры Краснохолмского, Генеральского, Трубецкого и Лужского округов»…
— Так у тебя здесь почти что столичная контора?
— Спрашиваешь!
— А почему в этой дыре, не в региональном центре?
— Для конспирации… Шучу.
— Дай-ка… — Валентин бесцеремонно взял у Абова печать. Шлепнул по одному бланку, по другому, третьему. Сунул их в тот же карман, что и список. Объяснил с ухмылкой: — Страсть люблю заверенные бланки. Всегда могут пригодиться.
На миг Абов, кажется, растерялся. Но тут же ответил с усмешкой:
— Пользуйся… Давай уж распишусь заодно.
— Зачем тебе грех на душу брать? Если надо, я и сам за тебя распишусь так, что Главный следователь не придерется…
— Ах, ну да! Ты же мастер… Только имей в виду, для финансовых операций этих бланков недостаточно.
"— Обижаешь, начальник, — весело сказал Валентин. — Не вздрагивай, махинаций не будет… — И соврал: — Это для характеристик моих любимчиков. Сгодятся при поступлении в училище.
— Ну, коли так… — успокоился Абов. Убрал печать, достал фляжку. — Хочешь? Вид у тебя малость замученный…
— Давай… Хотя нет, я тут с пацаном, не сдал еще одного. Неудобно будет, ежели дохну на него…
— Да это «Арарат»! Не запах, а клумба!
— Ну, давай глоток…
3
Сопливик терпеливо ждал на гранитных ступеньках.
— Дядь Валь… Ой, Валентин Валерьич, поглядите! — Он в левой руке держал сухой стебелек. Навел на него кольцо. Стебелек позеленел, проклюнулись на нем листочки, зацвела мелким венчиком головка…
Валентин помигал. Не надо было, видимо, делать такой глоток. По жилам циркулировала приятная теплота, голову беззаботно кружило.
