2
0Когда мы заходим, взгляд его матери падает на меня, и ее губы недовольно поджимаются. У нее дергается веко, и она выпрямляет спину так прямо, будто ей в позвоночник загнали металлический прут. Мы присаживаемся, и нам подают блюда, причем все выполняется четко, молча и без вопросов.
– В нашей семье принято, что родителей обслуживает невестка, – вдруг говорит мать Фарида и с намеком смотрит на меня.
Я не выдерживаю и жестко отбриваю ее.
– Пусть ваша невестка этим и занимается, – улыбаюсь вроде бы по–доброму, но за моей улыбкой скрыто недовольство.
Я смотрю ей четко в глаза, и она понимает мой посыл, и ей это очень сильно не нравится.
– Ты посмотри на нее, Саид. Ей оказана честь родить наследника Галаевых, а она еще и зубы показывает. Ты куда смотришь, Фарид? Совсем уже всех распустил, – говорит она мужчинам своей семьи.
Саид, ее муж, поднимает на меня глаза и просто усмехается, никак не комментирует, продолжая трапезу. И кажется мне, будто этими словами я на секунду заслужила его уважение. Но взгляд был такой мимолетный, что я не уверена. Фарид стискивает кулаки, от чего вилка в его руках гнется от силы его гнева.
– Успокойся, мама, мы уже говорили об этом. Давайте просто молча поедим в спокойной обстановке, прошу тебя, – убеждает он, но говорит при этом жестко, намекая, что не потерпит неповиновения."
"Женщина на удивление только поджимает губы упрямо, но прислушивается к словам сына. Так что больше я не слышу от нее ни единого упрека. Она будто объявила бойкот и четко следовала своей цели. Мужчины переговаривались о бизнесе, каких–то сводках и аналитике, но мне эта информация была не интересна и не понятна, поэтому я лишь вяло ковыряла вилкой в тарелке.
– Я устала, – говорю Фариду во время паузы в разговоре. – Пойду в комнату.
Он смотрит мне в глаза и кивает, хотя с моей стороны это был не вопрос. Фарид встает, помогает подняться мне, отодвигая стул.
– Лере нужно отдохнуть, – говорит своим родителям, на что его мать впервые снова подает голос:
– Вот именно, беременна, а не больна, могла бы и уважить нас. Ты слишком сильно ей потакаешь, вот в наше время… – начинает было говорить она и возмущаться, недовольство так и льется из каждого произнесенного ею слова, а в конце она разочарованно и с упреком качает головой.
Моя рука находится в ладони Фарида, и я сжимаю пальцы, не сдерживаясь, впиваясь ему ногтями в кожу. И он, видимо, понимает степень моей злости и гнева, потому что полностью игнорирует мать и помогает мне подняться на второй этаж. Честно говоря, у меня немного кружится голова, поэтому я ему даже благодарна. И когда ложусь на кровать и прикрываю глаза, слышу только по шагам, как он удаляется, а затем тихо захлопывает дверь за собой.
