4
0Но вслух упоминать о гибели Шёпота не решилась — слишком много собак всё ещё верили в причастность лис.
— Увы, но самый важный вопрос остаётся без ответа! — дрожащим голосом произнесла Дейзи. Под взглядами Стаи она обессиленно села на землю. Но, когда снова заговорила, её голос звучал уже гораздо ровнее и хладнокровней: — Кому нужно запугивать нас? Кто всё это делает?
Глава семнадцатая
Кусака расстроено заныла. Луна задрожала от беспокойства, и Жук попытался её успокоить. Все собаки выглядели потрясёнными до глубины души. «И не удивительно, — подумала Гроза. — Только я не собираюсь играть в эту собачью игру. Я не напугана. Я разгневана!»
— Я не намерена идти на поводу у этого врага! — рыкнула она в тишину. — Да, он хочет нас устрашить, но это не значит, что я должна его устрашиться… как и любой из вас! Меня ему не запугать! — свою следующую мысль Гроза решила не озвучивать вслух: «Если быть Свирепой собакой и имеет какие-то преимущества, то это одно из них!»
— Я согласна с Грозой, — твёрдо сказала Альфа. — Эта кровь выглядит отвратительно, но это не собачья кровь. И мы это знаем. Нам всем необходимо сохранять спокойствие.
— А как же пропавшие собаки? — гавкнула Дейзи. — Что будем делать?
— Посмотрите! — вскрикнула с облегчением Погоня и кивнула мордой: — Это же Омега!
Гроза резко развернулась и увидела маленькую белую Омегу, петлявшую между деревьев к их лагерю.
— Солнышко! — от радости у охотницы голова пошла кругом. — Ты в порядке!
Всю поляну огласили довольные возгласы собак. Альфа побежала навстречу Солнышку. Та промычала невнятное приветствие забитой шерстью пастью, и Гроза заметила, что собачка тащила в ней какое-то существо размером не меньше её самой.
Только дичь эта выглядела несвежей. Когда Солнышко, дрожа от напряжения, положила её на землю, Гроза сделала шаг поближе. Зверёк был весь мокрый и вялый, даже его длинные уши болтались безвольно. Если бы не запах, отдающий гнильцой, Гроза приняла бы это существо за кролика.
— Что это… — начала было Альфа, но Солнышко, кажется, даже не услышала своего вожака. Она обводила глазами лагерь, и её маленькие челюсти раскрывались всё шире и шире от ужаса. А потом Омега испустила высокий, пронзительный вопль.
— Что здесь произошло? — чуть не расплакалась собачка. — Что за бедлам в нашем лагере? Ой! Это что… кровь?!
Она забилась под брюхо Грозы, дрожа от ужаса. Нагнув голову, Гроза утешающе лизнула её в мордочку:
— Ничего страшного, Солнышко. Никто из собак не пострадал.
Счастливчик с благодарностью моргнул Грозе и вместе с Альфой осторожно приблизился к промокшему и искалеченному существу.
— Что это, Омега? — спросил он тихо, пока Альфа с отвращением обнюхивала зверька.
