Свой — чужой

— Кофе будешь?

Вопрос прозвучал как приглашение к миру, но Штукин подачи не принял:

— Не хочу.

— А что ж так?! — сразу вскинулся Гамерник.

Валера вздохнул безнадежно и объяснил:

— Тороплюсь я, Сергей Борисович, это во-первых.

— Ну а что же во-вторых? Ты говори, говори!

— Извольте. Кофе у вас тут — говно. Купите хорошую кофеварку, тонны за полторы баксов.

Гамерник открыл безмолвно рот, будто выброшенная волной на берег рыба. Штукин невозмутимо приложил два пальца к правому виску, имитируя отдание чести:

— Всего вам доброго, Сергей Борисович.

Днями я вам непременно телефонирую!

Уже выйдя из приемной, Штукин ухмыльнулся, услышав вопль Гамерника, адресованный секретарше:

— Эля! Эля! Кофе какой-то жидкий! Ты сама-то пьешь его?!

— Так кофеварке же уже сто лет в обед, — забубнила в ответ, соглашаясь, Эля.

Штукин свернул в коридоре к выходу и досадливо крякнул, сожалея, что не может насладиться всем спектаклем с секретаршей до конца. Так с улыбкой Валерка и вышел на улицу.

А Гамерник в кабинете действительно устроил шоу. В ответ на справедливое замечание Эли относительно возраста кофеварки он сорвался почти на визг:

— Так хули ж ты, пидораска, варишь тогда говно жидкое? Ты, блядь, пошли водилу в «Империю кофе», чтоб он купил нормальный аппарат! Чего не ясно?!

— Я поняла.

 — Эля покраснела и начала пятиться к выходу из кабинета. Она хорошо знала своего шефа, поэтому по первичным признакам безошибочно определила: начинается истерика.

Гамерник и впрямь чем-то стал даже внешне похож на бесноватого:

— С-с-сука-а! Блядь, достала! Или мне и чистящие средства для сральников самому покупать?! Достала, тварь! Дура, ни украсть, ни покараулить!

Эля успела юркнуть задом в приемную и прикрыть за собой дверь, когда об нее с той стороны кабинета ударилась вазочка с конфетами «Мишка косолапый».

Плотная дубовая дверь хорошо гасила звуки и превращала вопли Гамерника в нечленораздельный бубнеж. Эля присела за стол на свое место и взялась за виски пальчиками.

Минут через десять дверь кабинета приоткрылась, и оттуда высунулось красное, словно распаренное в бане, лицо Гамерника:

— Анисимов где?

— Кто? — не поняла с нервяка Эля.

Успокоившийся было Гамерник заверещал снова:

— Дура! Шишу позови! Так тебе понятнее, блядь?!

Эля выскочила и бросилась по коридору искать подручного шефа — того самого, который, кстати, и сосватал ему стрелков. Вслед секретарше несся вой Гамерника:

— Твари, твари, твари! Это только в «Джентльменах удачи» можно клички отменить, а у нас — ни хера! Кретины, дебилы недоделанные!

Через минуту в кабинет шефа ввалился с сопением гражданин Анисимов, известный в определенных кругах по погонялу Шиша.