Святоша

Помнила и приглушенный свет, льющийся из-за занавесей с вышитыми золотыми птицами, за которыми, знала, находилось большое арочное окно. Помнила мягкий ковер на полу, в котором так приятно утопали босые ноги. Вздохнула растерянно. Какие еще босые, если на моих ногах – удобные сапожки?! Это ведь не моя, Аришшина память!"

"Еще был запах… Сладкий запах благовоний, непохожий на тот, что жгли в Храмах Единоверы. «Сандал», – подсказала драконица. Терпкий, он кружил голову, из подсознания лезли, пытаясь пробиться наружу, воспоминания о былых визитах. Визиты были… крайне приятными.

Деталей я не знала, потому что этот пласт Аришшиной памяти все еще не стал частью моей. Увидеть его могла, подозреваю, лишь пройдя через ту самую полутемную комнату с запахом роз и свечей. Слава Богам, это не был кабинет декана, а то бы я точно сбежала. Да и сейчас подумывала… Но поздно, поздно!

– Заходи же, Лайне! – хозяин посторонился, пропуская меня в кабинет, потому что я застыла, замерла на пороге.

Одет магистр Чиаро Ваз был просто. В черное с ног до головы, при этом выглядел сокрушительно хорошо. Слишком хорошо для моих слабых нервов, потрепанных утренней дуэлью, дурными предчувствиями насчет «полевых работ» у магистра Шарреза и короткой аудиенцией у архимага Тангриха.

Ректор протянул новый амулет взамен уничтоженного, окинул взглядом, хмыкнул: «Ну что же, яблоко раздора!», чем смутил меня окончательно. После чего отбыл в неизвестном направлении. Подозреваю, на прерванное заседание Магического Контроля.

– Я думала, мы будем заниматься в аудитории, – пробормотала на драконьем, сжимая в кулаке записку, в которой четко и ясно было сказано, что место консультации переносится в кабинет на втором этаже.

 – Но почему… здесь? – спросила у него беспомощно.

– Разве здесь плохо? – удивился магистр. Синие глаза смотрели умиротворенно, словно он был доволен происходящим. – Что же ты стоишь в дверях? Проходи!

Шагнула через порог, прежде чем излишне гостеприимный хозяин обхватил за плечи, решив провести вовнутрь. Огляделась.

Драконы… В Кемире бытовало мнение, что жители Островного Королевства излишне расточительны и любят окружать себя показной роскошью. Но разве можно упрекнуть кого-то за любовь к дорогим вещам, если у него водились деньги? В кабинете – красивая мебель, изящные безделушки.

Темные шторы с вышитыми золотыми птицами. Инкрустированный горным хрусталем столик, на нем – тяжелый серебряный поднос с фруктами и сладостями. Рядом со столиком – удобные кресла с мягкой обивкой. На одно из них меня попытались усадить, но я не далась.

Настроение стремительно портилось. Да и откуда хорошему взяться?! Радость от того, что они друг друга не поубивали, сменилась пониманием, что мои проблемы никуда не испарились.