Святоша

Чиаро… Магистр Чиаро Ваз… Совсем, совсем раздетый! Свечи бросают бронзовые отблески на его великолепную фигуру.

– Аришша, любовь моя…

От голоса – мурашки по телу и сладкая боль предвкушения. Жар, идущий от мужского разгоряченного тела, и собственное неистовое желание.

– Нет! – закричала я, подскочив на ноги, рывком возвращаясь в реальный мир.

Комната и обнаженный магистр растворились в дымке воспоминаний, но я не могла выбросить из головы то, чему чуть было не стала свидетельницей.

«Аришша, больше не надо!»

Заметалась по камере, стараясь заглушить голос драконицы.

Не сейчас! Щеки горели. Мне… Мне все равно, что у них было! Они ведь собирались пожениться, и… это их жизнь, в которую я не вправе заглядывать! Не моя. Я так не могу! Не хочу! Но память… Память, одна на двоих… Отзвуки желания все еще бередили воспоминания, и мое собственное тело предательски подрагивало.

«Аришша, – сказала драконице, дожидавшейся, пока я успокоюсь. – Неужели мне придется пройти через это, чтобы стать драконом?»

Память… Память, которая станет моей собственной. Я уже знала ответ. Вновь заметалась по камере, из которой не было другого выхода, кроме как согласиться с условиями епископа, либо… через решетку, прочь из тюремного подвала.

Вверх, по лестнице, туда, где, без сомнения, поджидает охрана. Я их немало удивлю – ну да, недоделанный дракон! – ведь полностью перекинуться еще не удавалось, но это вряд ли их остановит! Как мне, безоружной, справиться со здоровенными мужиками, обвешанными мечами? Без лука далеко мне не уйти. Как же тогда спасти Трисс, Реми и детей от уготованной епископом участи?

«Мы откусим Готеру голову», – мрачно заявила драконица, когда я поделилась с ней мыслями.

«Нет, мы попробуем еще раз!» – еще более мрачно ответила ей.

Надо позвать магистра Чиаро, чего бы это мне ни стоило!"

"Но мои благие намерения сгинули в демоновом пекле. Мы пробовали и так, и эдак, но дальше спальни дело не продвинулось. Зато я вдоволь насмотрелась на обнаженного магистра Ваза. Без лишней скромности признала, что он – красивый, вернее, идеальный. Мне ли, лекарке со стажем, не знать?! И мне ли, лекарке со стажем, стесняться того, что произошло в той самой спальне с запахом роз и множеством свечей? Но каждый раз, когда в воспоминаниях Аришши я доходила до постели с белоснежным бельем, наш контакт обрывался.

«Не могу я так больше! – со слезами призналась ей. – Не могу, и все! Знаю, что надо, но…»

Драконица тоже была измотана, и мы решили отложить. С легким ужасом я смотрела, как вместо рук отросли огромные чешуйчатые лапы. Слишком тяжелые, они тянули к земле, пока Аришша что-то не сделала с моей спиной – видимо, укрепила позвоночник – и я перестала заваливаться вперед.