5
0
– Наташа, а что ты можешь рассказать про Киселева?
– Господи, ну почему у тебя все разговоры со мной сводятся к беспрерывным расспросам? Нам больше не о чем поговорить? Что тебе про него интересно? Видел, сколько у нас в фирме сотрудников? Я что, всех, по-твоему, должна хорошо знать? Ну, был такой, ни рыба ни мясо. Поначалу пытался оказывать мне знаки внимания, как бы ухаживал за мной, что ли. Потом ему передали, что если еще раз около меня заметят, то может искать себе новое место работы. Отцу кто-то настучал, что он ко мне неровно дышит, и тот принял меры. Мне, кстати, отец тоже высказал, мол, если хочешь задом покрутить, то найди себе другое место, только не на работе. Вот, в общем-то, и все.
– У него вся квартира твоими портретами увешана.
– Это его личное дело. Еще вопросы ко мне? Конкретнее, Александр Геннадьевич! Вас интересует, были ли между мной и гражданином Киселевым интимные отношения? Не было. Между мной и Погосяном? Не было.
– А с чего это вдруг мы перешли на «вы»?
– Саша, мне временами кажется, что я для тебя какой-то объект для исследования. Ты рассматриваешь меня, как букашку под микроскопом. Я постоянно жду от тебя все новых и новых вопросов. И вопросы твои все с подтекстом, с подначкой. Мне составить список всех, с кем я спала? Хочешь, прямо сейчас напишу, кого помню?
– Пиши.
– Что?! Ты рехнулся?
– Пиши всех, кто видел тебя обнаженной по пояс. Ниже меня не интересует.
– Ты издеваешься?
– Не я первый начал. Итак, кто мог видеть у тебя родимое пятно на левой груди?
– Час от часу не легче! Это имеет какое-то отношение к убийству моего отца?
– Судя по ответу, пятно есть?
– Ну, есть! На, смотри! – со злостью, не расстегивая, она задрала блузку, вздернула вверх бюстгальтер, обнажив грудь.
Я подошел, опустил ее руки, обнял и поцеловал. Она изобразила, что отталкивает меня, крутила головой, убирая губы, но очень недолго. Для приличия. Хрупкий мир был восстановлен.
– Теперь объясни мне про грудь, – уже спокойно сказала она.
– Киселев любил тебя и не тебя одновременно. Он выдумал девушку, которая была ему покорна и воплощала все его фантазии. Внешность этой девушке он дал твою. Сделать это для него, хорошего программиста, было не очень сложно: несколько десятков твоих фотографий с различных ракурсов, соответствующая компьютерная программа, и твоя трехмерная модель готова. Хотя, может быть, я ошибаюсь, и сделать модель потребовало у него очень много времени и сил. Но и времени, и сил у него было предостаточно. Жил он один, друзей не было, увлечений, кроме компьютера, тоже.
– Он фотографировал меня раза три, не больше.
– Больше, гораздо больше. Просто ты этого не замечала.
– Но меня с обнаженной грудью он точно не снимал.
– Теперь про грудь.
