0
0
Нормальная женщина на первый секс в них точно не пойдет.
– Ты так говоришь будто я на оргию собираюсь, – ворчу я. – Я не собираюсь спать с Бергманом.
Хотя уже и не так чтобы против. Алке я этого не озвучиваю, но она и так догадывается.
– А чего тогда ноешь?
– Стыдно. Вдруг он меня все-таки раскусил? Непохоже, но вдруг?
– Дави на жалость. Растопи его сердце.
– Боюсь, оно у него каменное, – вспоминаю я, как он по телефону отменял свои свиданки.
– Может, у него ещё кое-что каменное. Профессия обязывает, – не удерживается от ехидных намеков Медведева.
– Он ювелир, а не геолог! – фыркаю я.
– Ещё лучше, – ржет зараза. – Нефритовый стержень...
– Слышь, ты, знаток китайской эротической прозы, – вскипаю я, сидящая на голодном пайке. – Ты знаешь, кто? Ты стерва!
– Я – персик, – не соглашается она.
– Ты – метис.
– Короче, ты вчера по стобалльной шкале насколько вырядилась?
Прикидываю в уме:
– На восемьдесят пять.
– Перестаралась. Жирно Лосеву восемьдесят пять, надо было на семьдесят и хватит. Ладно. Сегодня сделай на шестьдесят. В баре ты светанула на сотку, но там было темновато. Авось не признал. Гера все-таки неновый уже.
Я тут же вспоминаю, как он в три секунды разглядел родинку над левой грудью, определил размер бюстгальтера. Почему следом за этим припоминаются поглаживания по спине, случай в тачке, как он меня в прихожей Розы Моисеевны зажимал, и меня накрывает весь каскад неположенных эмоций.
И пальцы у него длинные. Перспективные…
При мыслях о руках Бергмана внизу живота подозрительно тянет.
Блядь, как ехать-то?
Он такой весь будет меня чихвостить, носом в договор тыкать, а я слюни пускать. Витаминов мне надо. Е-Б-Ц. Полный комплекс.
Телефон возле уха жужжит.
– Погоди… – торможу я Медведеву. – О! Адресок скинул... Ах он гандон! – взрываюсь я.
– Чего? Че там? Он тебя в мотель зовёт?
– Нет, – скриплю я зубами.
– В баню?
– Нет…
– Блядь, да, куда? В цирк? Выступать под куполом? Хорош интригу разводить! – психует жертва любопытства.
– На хатку бобра. Знаешь, адресок-то недалеко от той кафешки.
– И что? – не сразу врубается Медведева.
– Все у Германа Александровича на мази. Он в ту кафешку бабов водит, ужинает и в квартирке рядом в койку укладывает!
– А тебе то что? – не понимает она моих переживаний.
– Не знаю, но бесит.
И бесит-таки довольно сильно.
– Так, моралистка, угомонись. Суй свои бритые ноги в скиннис. Через сколько казнь?
– Через час.
– Ага. Звони. Желательно с места событий, но я, так уж и быть, подожду, – и, похихикивая, эта стервь отключается, оставляя меня кипеть в одиночестве.
Чуть не забыв дома договор, на наличии которого так настаивал Герман, я уговариваю себя двинуться навстречу пиздецу. А что он будет, сто пудов. Не важно. Узнал меня Бергман или нет.
