0
0
Я извожу себя мыслями, что он на меня совсем забил, увлеченный новой бабой.
Нет, есть, конечно, шанс, что Роза Моисеевна поставила его в угол… но мизерный.
В общем, все мне видится в мрачных тонах.
Весь вторник я бросаюсь к телефону на каждый писк, в голове прокручиваю все, что я ему скажу. Как буду язвительна и непреклонна, горда и сам дам ему от ворот поворот, пока Бергман не успел сказать мне, что нам больше не по пути.
Прям все время в боевой готовности нахожусь.
И нихрена!
Не звонит и не пишет!
В среду утром, увидев зеленую мордень в зеркале с кругами под глазами, взвинченная донельзя я принимаю решение вычеркнуть Бергмана из жизни.
Подумаешь, пропал после одной ночи?
Разве я не этого хотела?
Осталось всего ничего. Найти еще десяток таких мужиков и чередовать их, чтобы кукушкой не поехать в тоске по Герману Александровичу. Вот прям с понедельника и займусь. Отмучаюсь на чертовой свадьбе проклятого Лосева и гадской Наташки и пойду вразнос.
Но сволочной Бергман смешивает мне все карты.
Закончив смену и сменив униформу на обычную одежду, я выхожу из кабинета, рассчитывая выпить чашечку чая и не торопясь собраться домой, и натыкаюсь взглядом на мощную фигуру в распахнутом пальто, сидящую в кресле для посетителей с самой суровой миной на свете.
Гера так суров, что в первую секунду у меня возникает ощущение, будто это я перед ним в чем-то виновата. А потом я вспоминаю, что Герман не в курсе моей слежки и того, что я знаю про блондинку. И наверняка он тут сидит и негодует, как это я, проштрафившаяся и застуканная с Лосевым, не названивала ему и слезно не просила прощения за свое недостойное поведение.
Козел.
С непроницаемым лицом отворачиваюсь и отдаю карточку последнего клиента Тане.
– Здравствуй, Левина, – в голосе слышна откровенная угроза, и это меня бесит еще больше.
– Здравствуй, Бергман, – холодно отвечаю я.
Гера вырастает из кресла, открывает шкаф и выуживает оттуда мое пальто. У меня дежавю.
– Зачем тебе мое пальто?
– Поедем, прокатимся.
– Я еще не закончила.
– Не ври, Танюша мне уже сказала, что вы через пять минут закрываетесь, - не слушая моих возражений, Герман наматывает на меня шарф. – Она сейчас принесет твою сумку, и ты без возражений, а главное, молча, пойдешь со мной.
– Но…
– Молча, Яна. Тогда есть шанс, что будут выжившие среди тебя, – цедит Бергман.
Он прям очень зол."
"Поджав губы, просовываю руки в подставленное пальто. Гера его на мне застегивает, поправляет шарф, будто желает меня им удушить, и берет за шкирку.
– Перчатки, Левина!
Скорчив рожу, я достаю из кармана и демонстративно натягиваю.
Дрожащая Танечка протягивает мне сумку.
В общем-то я где-то ее понимаю. У меня иммунитет к злому Бергману, но сегодня он свиреп. Вот-вот начнет рычать.
