0
0
Усилием воли превозмогаю нежелание выходить в этот бездушный мир, запускаю кофеварку и отправляюсь в душ.
У меня, конечно, не такая шикарная ванная как в доме Бергмана, но водные процедуры все равно навевают эротические воспоминания, приправленные горечью.
Вот что ему надо? Что за потребность в кобелизме?
Или это я не так хороша, чтобы Гере хватило меня одной?
Дура. Как есть дура.
Знаю же, что люди не меняются, тем более в таком возрасте.
И все эти слежки, звонки – дурь несусветная. Как в двадцать, ей-богу. Можно подумать, мозгов за десять лет у меня не прибавилось.
Стыдно-то как, господи!
Это был звездец.
– Алло… – отвечает мне возрастной женский голос, и я теряюсь.
– А Элю можно услышать?
– Яночка, это ты? – опознают меня.
– Да…
На заднем фоне слышно: «Мама? С кем ты разговариваешь?»
И до меня доходит, что это Роза Моисеевна.
– Элечки нет, ее забрал этот мерзкий наглый Тихуил… – сокрушается она.
«Мама, зачем ты взяла трубку?»"
"Кажется, это Давид. Стало быть, Роза Моисеевна нагрянула с инспекцией к старшему сыну.
– Тогда я позвоню в другой раз, – мямлю я, догадываясь, что жаловаться на Бергмана его маме – это ну такое…
– Нет-нет, подожди! – останавливает Роза Моисеевна мой порыв положить трубку от греха подальше. – Я хотела уточнить, когда удобно будет пригласить вас всей семьей в гости? Надо познакомиться поближе, твою бабушку я знаю, а вот родителей почти нет. Я уверена, что они интеллигентные люди, но все же…
Я почти выпаливаю: «Никогда!», но даже пьяная соображаю, что не стоит этого делать, и вовремя себя останавливаю.
– Ну я не знаю, я у мамы спрошу… – юлю я.
– Обязательно мне скажи, или нет. Я лучше сама позвоню!
– Да не стоит беспокоиться, все равно в ближайшее время не получится…
– Яна! – строгий голос Розы Моисеевны заставляет меня струхнуть. – Ты же не пытаешь уклониться от серьезных отношений?
Девки, слышащие наш разговор благодаря громкой связи, набивают рот сыром, чтобы не заржать, потому что последние полгода я именно этим и занимаюсь. Я злостная уклонистка. После расставания с Лосевым я откровенно не готова ввязываться во что-то с намеком на серьезность.
Меня бы устроили абсолютно несерьезные отношения с Герой.
Наверное.
– Роза Моисеевна, мне кажется вы торопите события…
– Как это тороплю? – изумляется она. – Ты надругалась над моим сыном и должна взять на себя за это ответственность!
Медведева тихо сползает под стол.
– Что? – офигиваю я. – С чего вы взяли?
– С того, что Раечка видела, как вы приезжали к Герочке в субботу, а уехала ты на следующий день!
Какой кошмар!
– А, что, Раечка – соседка Германа? – зажимая переносицу, спрашиваю я.
