0
0Тип сию минуту стушевался, сник, мелко попятился назад – и как призрак растворился в темноте.
А Ирина, теперь еще больше похожая на романтическую героиню, с полминуты смотрела на них – на одного Кошкина, точнее. А потом быстро юркнула за дверь отцовского дома.
Зато Кошкин более к инциденту не возвращался ни словом, ни, кажется, и мыслями. Сунули под голову храпящему Виктору подушку, укрыли пледом прямо здесь, в столовой, после коротко распрощались с доктором Алифановым, который все еще сидел в кабинете – и покинули дом.
Возвращаться в дедов особняк Алексу не хотелось, да Кошкин и сам позвал приятеля к себе, благо его съемная квартира располагалась гораздо ближе. Там хорошенько умывшись, разомлев от сладкого горячего чая, Алекс снова вернулся к начатому когда-то разговору:
– Так что же Ирина Владимировна и есть ваша femme fatale, властительница ваших дум? – полюбопытствовал он.
Кошкин отозвался легко и, судя по всему, искренне:
– Нет, уверяю вас.
– Однако ж судьба ее вам не безразлична, это очевидно, мой друг. Должно быть, та ваша женщина тоже замужем?
– И снова нет: она вдова. Когда… я вынужден был сюда уехать, мы с нею условились, что она приедет следом. Было это полтора года назад.
Алекс пожал плечами:
– Положим, полтора года не так много, чтобы распорядиться имуществом, привести дела в порядок да сюда к вам добраться. До наших мест ведь даже железная дорога толком не построена.
– Положим… но от нее и писем нет. Ни единого.
– Быть может, она адреса вашего не знает? Вы сами-то писали ей?
Кошкин резко дернулся, будто его ошпарили:
– Нет. И не стану, ни к чему это. Пустой разговор, Алекс, оставим. Все к лучшему, что не приехала: нечего ей здесь делать.
Алекс посмотрел на него искоса: каков гордец, ишь ты…
Ежели бы Милли пообещала Алексу приехать, а сама не ехала – он бы, верно, писал ей по три письма на день. Вся почта России на него одного бы работала. Так что, быть может, и хорошо, что Милли изложила свои соображения предельно четко. От нее Алекс уж ничего не ждал, и ни на что не надеялся.
А вот Кошкину не позавидуешь. Он оттого, наверное, и Ирининых заигрываний не замечает, что все ждет чего-то от своей femme fatale. Хуже нет, чем полжизни ждать – и не знать, дождешься ли.
После, когда Алекс уже устроился и расстелил нехитрую постель на диване в гостиной, Кошкин еще раз заглянул с вопросом:
– Скажите-ка, заколка все еще у вас?
– Разумеется.
Алекс с готовностью отыскал ее в кармане сюртука и отдал Кошкину. Тот на сей раз украшение забрал. Объяснился:"
"– Заколку надобно предъявить матери покойной девицы – для опознания. А если опознает, то ей и отдать.
– Вы завтра ехать намереваетесь?
Кошкин задумчиво кивнул. И тотчас угадал мысли Алекса:
– Желаете со мною?
Алекс, разумеется, с готовностью согласился.
