5
0— Как себя чувствуешь?
— Очень пить хочется, — прошептала она.
Принц с опаской оглянулся по сторонам и сказал:
— Ты сможешь контролировать это? Я боюсь убирать руку с твоего глаза.
— Глаза? — непонимающе переспросила Райга и тут же вспомнила.
Пламя, полыхающее в глазнице. Пламя, которое было готово поглотить весь мир. Она поднесла руку к левому глазу и обнаружила, что Райтон прикрывает его ладонью, покрытой коркой льда.
— Что это было? — спросила она. — На что оно было похоже?
— На полыхающий золотистый глаз. Ты сожгла всех и все во дворе и прожгла стену Цитадели.
— Глаз? — обескураженно переспросила девушка. — Золотистый глаз? Но у меня нет там глаза.
— Не было глаза, — поправил ее принц. — Теперь есть.
Райга решительно отстранила его напряженную руку. Ничего не произошло. Она потрогала пальцами место, где раньше был шрам. Остатки рубца еще можно было прощупать. Но их пересекало обычное веко с такими же обычными сомкнутыми ресницами. Она попыталась открыть глаз, но ничего не почувствовала. Хотела было развести веки пальцами, но Райтон перехватил ее запястье.
— Не вздумай! Что бы это ни было, ты не можешь им управлять.
— Что бы это ни было, оно спасло нам жизнь, — прошептала Райга. — Есть вода? Очень хочу пить.
Принц кивнул и помог ей сесть, а затем протянул флягу.
— Воды здесь сколько угодно, так что можешь выпить все.
Райга жадно ополовинила флягу и огляделась. Они находились в небольшой комнате, будто вырезанной в скале. Здесь не было никакой мебели. В одном углу стояли какие-то тюки и ящики. В другом она увидела очертания каменной чаши, в которую с потолка капала вода.
"— Миран потерял много крови, — ответил принц на ее невысказанный вопрос. — Ллавен подлатал всех и тоже свалился от усталости. Пусть спят.
В этот момент лицо темного исказила боль. Он начал метаться и стонать во сне.
— Разбуди его, — попросила девушка Райтона, чувствуя, что сама подняться не в силах.
— Нет, — мотнул тот головой. — Смотри.
В этот момент Ллавен перевернулся, не просыпаясь. Его пальцы плотно обхватили запястье темного.
— Это часто происходит? — просила она.
— Каждую ночь после того, как Миран использует темную магию. Плата — это какой-то жуткий сон. Ллавен будто бы забирает его.
— Со мной было также, — задумчиво сказала девушка. — Будто бы он забрал мой сон. Это какая-то его способность?
— Наверное, — пожал плечами юноша. — Я ничего не нашел об этом в книгах. А сам он не рассказывает.
