7
0– Мы их еще не заказывали.
Мысленно я стукнул себя по лбу.
Ну да! Они же мутагены заказывают и забирают у Продавцов.
– Балбес, – сказал я. – Чего я подрывался-то так?
Дарина подошла ко мне. Посмотрела в лицо. Неловко улыбнулась.
– Я на вас не смотрю, – фыркнула Наська и присела на кровать рядом с девочкой. Она по-прежнему щеголяла в моей старой пижаме, ну вот совершенно фиолетовы им наряды…
Дарина сделала движение, будто собиралась меня обнять.
И остановилась.
Сказала:
– Максим, что именно сказал Инсек?
– Он сказал: «Никаких нестандартных действий! Никаких!» Сказал, что это распоряжение жнице, которая хочет стать хранительницей. Здорово, да?
Я протянул руку к ее лицу.
Дарина отступила на шаг.
– Ты что? – не понял я.
– Это был приказ? – спросила Дарина.
Я наморщил лоб.
– Распоряжение.
– То есть приказ, – прошептала Дарина.
– Ну… наверное.
– Уходи, Максим.
– Что?
Мне показалось, что я ослышался.
– Гнездо признательно призванному за помощь, – сказала Дарина сухо и официально. – Гнездо возвращает тебя тебе и забирает Призыв.
– Дарин? – непонимающе воскликнула Наська. И вдруг хлопнула себя по губам, будто тоже поняла что-то, до сих пор неясное мне.
– Гнездо еще раз выражает благодарность, – сказала Дарина. По щекам у нее текли слезы. – Теперь человек Максим должен покинуть Гнездо.
Жница потянулась к Наське, взяла ее за руку. Они переглянулись – и кивнули друг другу.
Я буквально ощутил, как всплеснул волной неслышимый голос Гнезда – и исчез, растворился в тишине. Неприятного ощущения не возникло, а может быть, я его просто не замечал.
– Ты чего? – спросил я жалко. – Чем я тебя обидел, а?
– Максим… – тонко сказала Наська. – Никаких действий, нестандартных для жницы, Максим!
Она поняла почти сразу, а я, дурак, только теперь.
– Ну это же… – Я беспомощно пожал плечами. – Это же другое…
– Это нестандартно, – сказала Дарина. – Чело… Максим, уйди!
И я понял, что должен уйти.
Иначе она не выдержит. И повиснет сейчас на мне, рыдая и целуясь.
А это будет еще как нестандартно, какие бы истории ни рассказывали друг другу люди.
Инсеки не приказывают, они лишь распоряжаются.
Приказывать можно слугам, рабам, собакам, но если имеешь дело с вещью – ты просто распоряжаешься ею.
Как тебе угодно.
Я пятился, потому что у меня не хватало духу обернуться. Пятился и смотрел на Дарину, она на меня, и от этого нам было еще хуже.
Поэтому Дарина быстрым шагом подошла к двери и захлопнула ее перед моим лицом.
Полковника Лихачева я встретил перед Гнездом.
Он стоял и курил, глядя куда-то вдаль. В жидком рассветном сумраке огонек сигареты тлел красным угольком. Я подошел сбоку, Лихачев скосил на меня глаза и ничего не сказал. Он снова был в штатском, не в форме и не в броне.
– Пост разгромили, – сказал я.
