6
0
Как-то слишком быстро я себя в руки взяла.
Наверно, сказалось то, что выбора у меня особо не было. Тут либо мило улыбаться посторонним людям, либо под диван лезть, и пыль нюхать. А это, как-то по-детски. Хотя…
Ну, уж нет.
Я взрослая.
Я все свои проблемы должна встречать лицом к лицу.
Что будет…
— Просто скажу им, что ты моя беременная девушка, на которой я завтра собираюсь жениться.
То будет.
Чего?
Да ты офигел, что ли?
Я его даже пнуть хорошенько не успеваю, так как слышу звук ключа, которым дверь открывают.
— Ты не волнуйся, главное. Тебе ж нельзя. — этот зараза гладит меня по животу, а потом с распростертыми руками идет родителей встречать, которые в коридоре между собой о чем-то спорят.
— Корнеев?! — крик шепотом слышали? Я сейчас именно так и «заорала».
Барин забыл сказать, что мне делать.
— Дасюня! — Говорит женский голос, и мне приходится сдерживать себя, чтобы не заржать.
Дасюня?
Серьезно?
Кажется, теперь я знаю, как парня звать буду.
Расслабляюсь, и на кресло по-девичьи сажусь, сжимая коленки. Как-то легко мне стало. Если женщина так называет своего сынульку, то думается мне, что мы общий язык мы точно найдем.
Предчувствие у меня такое.
— Кать, хватит его так называть. Он же не умственно отсталый, а взрослый парень. Какой Данюся? Здорово, сын.
Кто планировкой это квартиры занимался?
Тот гад
Как можно было додуматься стенку так впихнуть, чтобы входную дверь видно не было? Даже краешком глаза не подсмотреть. Люди разговаривают между собой, а я только голоса слышу. Но любопытство-то бурлит. Мне зрелища надо, перед личной встречей. А тут…
— Какими судьбами, создатели?
Это он так родителей называет?
Хм. Надо запомнить будет.
Домой приеду, и лежа на кровати кричать буду: «Создательница, свари мне кашу рисовую».
Туська, не отвлекайся.
— Уже и к сыну приехать нельзя. — Говорит мама барина. — Юр, а ты не учи меня, как к сыну обращаться. Это я его девять месяцев в себе таскала, от изжоги мучаясь. Захочу, козюлькой назову, и кто мне, что против скажет.
Черт.
Да я его маму уже, как родную полюбила.
Крутая женщина. И голос приятный.
— Вы потише. У меня гостья, и у нее память хорошая. Мне потом эта козюлька боком вылезет.
Корнеев! Да ты, оказывается, умеешь мысли мои читать.
Голоса стихли, а вместо них топот ног по квартире разнесся. Первая в комнату влетела женщина, затем появилась голова мужчины, и за телами этими я услышала кашель барина.
Но, я-то уже подготовилась.
Сижу, жду, здесь как принцесса, грудь вперед, плечи назад, пальцы на коленках скрестила. Ну, прям не Туська, а сама Наталья Шведова крон принцесса маленького неизвестного государства.
А что?
Не лежать же мне на диване, с подушками под ногами.
Между прочим, я еще никогда с чужими родителями не знакомилась. И пусть, что это мама и папа барина нашего.
