Сборник циклов

К нему не подойти из-за ледовых полей – сам не понимаю, почему нам тогда повезло так.

– Если там настолько жутко, зачем мы туда идем?

– За китами, Тимур, китов там море. Здесь нам почему-то не везет: один кашалот слишком жалкая добыча. Капитан решил, что киты перебрались по другую сторону от течения – уже в холодную струю. Это бывает. Перейти эту морскую реку трудно – все равно снесет вниз, что ни делай. А если затянет на центр, и вовсе опасно – там несколько паршивых островков с рифами. Говорят, на них знатные лежбища тюленей, но проверять это не хочется – спокойной погоды в этих местах не дождаться, а если поцеловаться с рифом, никто уже не спасет.

– Токе, извини, но я не понимаю все равно: почему для того, чтобы перейти на другую сторону морской реки, нужно спускаться до самых льдов?

– Капитан между льдами и рифами выбрал льды. Выйдем на центр у их кромки и пойдем вдоль. Если не приближаться вплотную, опасности для «Клио» нет. Главное – не налететь на крупный обломок, а мелочь нам не страшна. У всех китобоев на этот случай по носу отличная дубовая броня.

Бывает, из этих вод выходишь, а под бушпритом будто топорами все изрублено. И ничего, идем дальше – смотреть страшно, но не мешает. Кроме того, на границе ледовых полей постоянно киты крутятся. Кашалотов мало, а вот усатых просто тьма. Нравится им там почему-то. Бывает, по три-четыре штуки за день удается загарпунить, так что лишних оставляют на флаге или буксируют вельботами к кромке льдов.

– Не знаю… я бы на месте капитана покрутился в районе, где убили первого кита. Думаю, нашли бы стаю еще или тех самок.

– Вот потому ты и не капитан. Ему виднее.

– А сам как считаешь – правильно идем?

Токе, задумавшись, хорошенечко затянулся, кашлянул, выдохнул облако дыма:

– Не знаю, Тимур, я тоже не капитан. Вообще-то не лежит у меня душа идти на юг. Там не место для людей. Может, через тысячу лет, когда ледники окончательно растают, там станет хорошо. А пока там только смерть: туман, льдины, айсберги, непредсказуемые течения и шквалы. Будь моя воля – я бы не пошел, но меня ведь не спрашивают, как и тебя.

– Капитан мне показался вполне разумным человеком.

Странно, что он решил идти в такие опасные воды."

"– Капитан, может, и не полез бы на рожон, но вот компания… Этот толстяк ему каждый день уши сверлит – многие слышали. Все ему мало выручки – пеняет, что мы корабельные запасы впустую проедаем. Как будто от сухарей и солонины они разорятся. Я много ходил на китобоях, я знаю, каково это: можно три месяца барабанить в пустые бочки, а можно за пару недель взять десяток матерых кашалотов – только успевай обдирать.