Руины веры

Пит дотрагивается до переносицы, с удивлением обнаруживает, что теперь все на месте, а потом решается:

— В Верхнем мире был совершен ряд терактов, прекратившихся полгода назад, — начинает точь-в-точь как на моем инструктаже перед экраном. Вижу, как Райан хмурится, сопоставляя даты и события в банде. — Недавно неизвестные стали закупать составляющие для взрывчатых устройств того же типа, что были использованы ранее. Мы подозреваем, что готовится новый теракт…

— Мы здесь при чем? — жестко обрывает Кесседи.

— Коэн был замечен на камерах наблюдения, — решаю внести ясность, пока Питер вновь не углубился в витиеватые объяснения.

— СБ считает, что “наверху” есть заказчик, а Коэн — исполнитель.

— Нанятый через третьих лиц, — заканчивает за меня Райан. — Поэтому допросить не вариант? — взгляд на Пита.

— Допрос был как крайний вариант, — отвечает тот.

— Поздравляю, ты этот вариант только что похерил.

Питер возмущенно вскидывает голову, глаза пылают праведным гневом:

— Это же не я его убил! Я был готов умереть, но сохранить ему жизнь!

Кесседи презрительно кривится.

— А заодно и прихватить с собой своего шпиона, — бросает взгляд в мою сторону.

— Героически, ничего не скажешь. Ну а ты? — снова внимание ко мне. — Ты на кой черт в это влез? В жизни не поверю, что из жажды справедливости.

Мне нет смысла врать.

— Мой отец в тюрьме, — признаюсь. — Они обещали его освободить, если помогу.

Впервые с момента смерти Коэна вижу в глазах Кесседи нечто похожее на сожаление. Он сочувствует? Мне? После всего, во что я и СБ его втянули? Это даже не смешно.

— Ты спас мне жизнь, — спешу внести ясность.

— Угу, — Райан отмахивается. — И вляпался по самые уши, — барабанит пальцами по рукаву куртки.

— Теперь что, господин эсбэшник? План какой?

Питер вжимает голову в плечи.

— Нет плана, — признается обреченно.

Кесседи переводит взгляд на меня.

— А у тебя?

Любой мой план подразумевал Коэна. И что делать теперь, понятия не имею. Мы знаем, куда направлялся главарь, но как он собирался вызвать своих сообщников, нет даже подозрений. Не могут же “верхние” постоянно ждать его на границе. Значит, должен быть подан знак. Но какой?

— Мы можем пойти к границе, как и собирался Коэн, — высказываюсь.

— И что мы там будем делать? — язвит Райан.

— Танцы с бубном выплясывать? У Фреда не могла быть назначена встреча в конкретную дату, — вторит моим мыслям, — и дом Гвен мы покинули неожиданно.

— Он собирался дойти до границы и подать условный сигнал, — соглашаюсь.

— Да уж, — протягивает Кесседи, трет сзади шею, снова барабанит по рукаву. Кажется, приступ злобы отступает, уступив место усталости. — Как выглядит граница? — спрашивает Пита. — Ты хоть это знаешь?

Эсбэшник разводит руками:

— Высоченная стена под напряжением. Куча камер.