Кстати, как рыбалка? Друзья?
Стиснул челюсти, а я снова посмотрела на Руслана с Ларисой, а перед глазами она в его объятиях, в постели, на столе, на полу извивается под ним, запрокинув голову, и у меня в груди дерет с такой силой, что хочется заорать.
– Ты тоже умеешь больно ударить, Оксана.
– Видишь, иногда все же полезно изучать не телевизор и газету, а свою женщину. Чтоб знать все, на что она способна, – то ли ему сказала, то ли Руслану. Потому что все еще смотрела на них с Ларисой.
– Если бы она не строила из себя ханжу и не симулировала оргазмы, то была бы интереснее телевизора и газеты.
Я усмехнулась и посмотрела ему в лицо. Это упреки? Сейчас? Когда смысл в этом равен нулю?
– Надо было стараться лучше, чтоб не симулировала. Хватит. Это уже давно не имеет никакого значения – ни мои оргазмы, ни твой телевизор, ни твоя рыбалка и друзья. Мне это не интересно больше, Сережа. И изменить ничего нельзя, да и не надо. Так что не маши кулаками вхолостую. А давай, знакомь, раз предложил. Ты ж все это предвидел. Доиграй свою партию до конца.
Меня слегка потряхивало, и я буквально вцепилась в руку Сергея, когда он провел меня к хозяевам банкета.
Первым нас заметил тесть Руслана и буквально расплылся в улыбке.
– Ого, какие гости! Сергей, да ты не один! Я думал, не придёшь. Ты ж сказал: дела, работа.
– Ну, какие дела, когда само начальство зовет на банкет. Грех отказываться. Да и женщина согласилась со мной пойти, а в приглашении имелась такая опция, Дмитрий Олегович.
– И я рад, что она имелась. Познакомь нас со спутницей. Что за необычайно красивую незнакомку ты привел с собой сегодня? А говорил, что затворник, и это не по твоей части… Кто же она, таинственная женщина Сергея Новикова?
– Это моя… моя жена – Оксана.
Я замерла и словно полетела в пропасть от неожиданности. Сергей это сделал либо намеренно, либо по привычке, но я действительно не ожидала, что он так скажет. Знаю, что Руслан обернулся резко, но мне показалось, это было настолько медленно, что каждая доля секунды выбивала из меня дыхание.
Когда его взгляд остановился на мне, в его руке треснул бокал.









