1
0Его хватило только на то, чтобы подарить мне улыбку в последний раз, а в следующий момент он испарился, словно его никогда и не было. Из-за этого мне сдавило грудь, и воздуха стало не хватать.
Рыжий больно сжал мне запястье и потянул. Я со злостью оттолкнул от себя друга, но, увидев перед собой лицо Зои, тут же притих."
"– Нужно уходить, Слав, иначе мы будем следующими, – дрожащим голосом произнесла она.
Я взглянул на почти бесчувственного Глеба, затем на дымку возле Настасьи – эта дымка минутой ранее была Семеном – и с ноющим сердцем последовал за ребятами.
Мы бежали, шлепая по сырой от дождя земле, а в голове у меня стучала одна-единственная мысль: «Из-за нас погиб Семен».
* * *Когда добежали до асфальтированной дороги и немного отдышались, глядя на реку вдалеке, решили быстро разойтись по домам. Почти не разговаривали, обменялись дежурным «до завтра» и попрощались. Время близилось к сумеркам. Кики и Рыжий пошли провожать Глеба, который был как выжатый лимон, а я, взяв за руку Зою, потянул ее за собой. Шли молча.
Обсуждать случившееся не было никакого желания, но это нужно было сделать. Хоть мы и отодвинули этот неизбежный момент, завтра все равно придется признаться вслух, что мы погубили невинную душу. И неважно, что Семен был мертв уже не один десяток лет, он все равно был реальным и, не побоюсь этого слова, живым. Как и Катюха. Но, в отличие от Катюхи, Семену не суждено было отправиться на тот свет. И это наша вина. Наша…
– Слав… – тихо позвала меня Зоя, когда мы стояли на крыльце ее дома, а я уже собирался уходить. – Мне так жаль.
Я взглянул ей в глаза и не нашел в себе силы ответить. Мне тоже было жаль. Бесконечно жаль… Но что это меняло?
Вместо ответа я лишь кивнул, а затем ушел. Может быть, Зоя не хотела оставаться одна, но я не мог сейчас находиться в компании. Хотелось убежать ото всех и как следует все обдумать. Думать… вот что нам следовало делать, прежде чем принимать опрометчивые решения.
– Славушка, что-то случилось? Что-то ты понурый совсем.
Бабушка присела во второе кресло возле кухонного стола и участливо взглянула на меня. Перед сном она налила мне кружку горячего киселя, но я отпил совсем немного. Желудок был пуст и недовольно ворчал, что я не поел, но кусок не лез в горло. И даже глоток.
– Просто голова болит, ба. Ничего страшного.
– Ты слишком задумчив, что-то бормочешь постоянно… Может, она поэтому и болит? Выкинь ты пустые мысли и иди спать. Утро вечера мудренее.
Я через силу улыбнулся. Знала бы бабушка, как тяжело выкинуть из головы мои мысли… Одна была хуже другой. Мы не смогли упокоить Семена, вместо этого он исчез в агонии, а мертвячка с Плотинки – отпечаток памяти, отвечающий за барьер в Вороньем Гнезде. И только чудо поможет нам справиться с ней, но чудес уже не предвиделось.
