Пламя и кровь

Первая жена со своим потомством поступила на попечение брата Люкамора, Бевина Стронга, ставшего лордом Харренхолла всего полгода назад. Вторая отправилась на Дрифтмарк, к лорду Дейемону Велариону. Третью, чьи дети были самыми младшими (один еще сосал грудь), послали в Штормовой Предел, вверив заботам Гарона Баратеона и молодого лорда Бормунда. Дети отныне назывались не Стронгами, а Риверсами, Уотерсами и Штормами, как пристало бастардам. «Благодарите за это вашего преступного отца», – сказала им Алисанна.

Позор, которым Люкамор Любострастник покрыл Королевскую Гвардию и весь двор, был не единственным, что удручало короля и королеву в 73 году. Много забот доставляли также принц Вейегон и принцесса Дейелла, седьмой и восьмая по счету.

Алисанна сосватала сотни женихов и невест, но никогда еще не встречала таких препятствий, как при подборе супругов для четырех младших детей. Это поглощало ее усилия еще много лет, рассорило сначала с детьми (особенно с дочерьми), затем с королем и причинило в конце концов столько страданий, что королева одно время подумывала провести остаток дней с Молчаливыми Сестрами.

Началось всё, как мы уже говорили, с Вейегона и Дейеллы. Принц был старше сестры всего на год, в раннем детстве они хорошо ладили, и казалось вполне естественным, что с годами они поженятся. Свадьба Бейелона с Алиссой, ставших уже неразлучными, намечалась в ближайшем будущем, а там, глядишь, и до новой недалеко. «Люби свою сестричку, – говорил Джейехерис пятилетнему Вейегону, – когда-нибудь она станет твоей Алисанной».

Но дети росли, и матери становилось все яснее, что они не такая уж хорошая пара. Вейегон не питал к сестре нежных чувств и никогда не искал ее общества, а Дейелла даже побаивалась угрюмого брата, которому книги нравились куда больше, чем игры. Он находил ее глупой, она его злым. «Они еще дети, – успокаивал Джейехерис Алисанну, когда она говорила ему об этом, – со временем они полюбят друг друга». Со временем, однако, их взаимная неприязнь лишь усилилась."

"Это сделалось особенно явным в 73 году, когда Вейегону сравнялось десять, а Дейелле девять. Новая фрейлина королевы спросила принца в шутку, когда же будет их свадьба, и Вейегон, вздрогнув как от пощечины, заявил в присутствии половины двора: «Я на ней не женюсь! Она и читать-то едва умеет. Пусть найдет себе лорда, который хочет детей, – больше он от нее ничего не дождется».

Дейелла, как следовало ожидать, залилась слезами и выбежала вон, королева за ней. Тринадцатилетняя Алисса вылила Вейегону на голову кувшин вина, чтобы привести его в разум, но он сказал лишь: «Зря потратила борское золотое» – и пошел переодеваться.

Немудрено, что родители после этого решили подыскать Вейегону другую невесту.