0
0Я очутилась в новом мире с бабушкиной кулинарной тетрадкой в руках. И новый знакомый сразу же нарёк меня Хранительницей кафе. А я и рада такому подарку судьбы, ведь я повар по образованию и по призванию!Что ж, кафе в порядок приведу, продукты куплю и буду радовать всех волшебными блюдами!Лёгкая, уютная история, наполненная волшебными ароматами свежей выпечки и какао
Когда ты кладёшь в чемодан половину своей жизни, то сначала складываешь вещи, а потом всё остальное. Вспоминаешь, кто ты, кем была, кем не стала, и кем тебя называли те, кому ты когда-то верила. Я кладу в самый низ коробку с формочками для печенья — сердечки, звёздочки, мишки. Потом достаю обратно, смотрю на них, держу в руках и снова прячу. Потому что мне некуда ехать, кроме как к себе. Только вот где сейчас это «себя», я ещё не поняла.
Он сказал: «Стрёмная повариха. Тебе только на вахтах, мужикам щи варить. Там бы тебя хоть кто-то оценил». И внутри, как будто что-то щёлкнуло. Больно не было, просто стало пусто. Даже не обидно. Просто всё — конец.
Я молча вытерла руки о фартук, сняла его, аккуратно сложила и пошла собирать сумку. Никаких сцен и истерик. Только вот пока укладывала в рюкзак бабушкину тетрадь, с рецептом фирменного тыквенного пирога и кулебяки, страницы вдруг засияли, будто под ними пробежала искра. И в следующую секунду…
Я не провалилась в пустоту, не закружилась в воронке времени, как в кино. Просто в один момент комната растворилась, и вот я уже стою посреди пыльного помещения, пахнущего старым деревом, корицей и чем-то ещё, вроде сухих апельсиновых корок. Рядом скрипнула табуретка. В углу щёлкнула лампа. Стукнуло что-то металлическое.
Я медленно осмотрелась. Комната была просторная, с высоким потолком и огромными окнами, частично заколоченными. Стекло мутное, но сквозь него пробивались полоски тёплого дневного света. Мебель старая, но красивая: деревянные столы с резными ножками, буфет с позолоченной кромкой, стойка у окна, похожая на барную. Всё в пыли, в паутине, но не разрушенное.
Как будто кто-то просто… ушёл, и больше не вернулся.
— Ну и что это было, — пробормотала я вслух, держа в руках всё ту же бабушкину тетрадь. Она теплилась в ладонях, будто живая. А потом раздался щелчок. И кто-то кашлянул. Очень так вежливо кашлянул, с достоинством.
Резко обернувшись, я едва не села на пол. Передо мной стояло… сказочное существо. Таракан. Но не совсем обычный. Ростом он был с небольшого ребёнка, стоял на двух лапках, блестел золотыми крыльями, на усах поблёскивали кольца, с бабочкой на шее, а на голове сидел идеальный цилиндр. Он держал в руках трость с изогнутой ручкой и чуть поклонился.
— Прошу прощения, сударыня, что не встретил вас у дверей. Мы не ожидали… хм… прибытия столь скоро.
— Таракан… говорящий… — выдохнула я.
— Ах, да.
