3
0
Обычно катера причаливали после того, как с берега им подавали хитрый условный код с помощью мощного фонаря. Без него контакта не будет. И теперь этот код у нас был.
И капкан был сделан по всей военной и чекистской науке.
Ох, это было эйфорическое ощущение, когда во тьме приглушенно урчащее судно неторопливо подплыло к самому берегу. По очертаниям угадывался немецкий трофейный торпедный катер. С борта негромко крикнули:
— Барселона!
— Египет! — ответили с берега.
Пароль, отзыв — все верно. «Варяги» могут сходить на берег и передавать-забирать груз.
В воду спрыгнул и выбрался на песок здоровенный детина в прорезиненном плаще. Умудрился проделать он это упражнение, даже не вынув рук из карманов. Приблизившись ко мне, протянул мне коробку спичек. Вопросительно посмотрел на меня. А я понял, что мы влипли. Потому что не знал, что ему дать в ответ.
И он, черт заморский, все понял, когда я замешкался с ответным жестом. А я тоже все понял и уловил его движение вовремя. Этот гад стрелял в меня прямо из кармана, совершенно нерачительно пробивая свой новенький плащ.
Я отпрянул в сторону, падая на землю и зашибая бок. И слыша грохот выстрела.
Пуля прошила мой бушлат, не добравшись до тела. Второй выстрел должен был меня настигнуть с гарантией, потому что я был у этого быстрого на расправу стрелка как на ладони.
Бабах! Грянуло громко.
Я зажмурился… И ощутил, что жив.
Это умелый выстрел ждущего в засаде чекиста настиг моего противника. Тот согнулся, рухнул на песок.
Взревел мотор — катер начал разворачиваться. И с него загремел пулемет, поливая свинцом негостеприимный темный берег.
Слава богу, я успел заползти за валун. По нему звякнули пули.
Заработали несколько наших стволов. Но безрезультатно. Уходивший на всех парах торпедный катер довольно быстро двигался прочь, во тьму. Он спокойно мог развивать скорость до семидесяти километров в час.
Впрочем, на этом успехи противника кончились. Наперерез беглецам двинулся малый пограничный корабль — не такой скоростной, полсотни километров в час максимум, но сейчас это компенсировалось выгодной позицией и хорошим вооружением. И уйти от него уже не удавалось.
Метался по черному морю яркий конус прожектора. Грохотали пулеметы. Послышалось уханье корабельной пушки.
Отстреливались «пираты» до последнего. Пока удачное попадание снаряда не пустило их скоростную лоханку на дно вместе со всем экипажем и пассажирами.
В общем, одни трупы. Ни одного языка."
"Прокололись мы на болезненной мнительности и страсти американцев к перестраховке. Световой код для причаливания. Звуковой пароль-отзыв. Это все наш бандеровец знал. Но был еще один уровень опознавания, который известен лишь литовским бандитам. Очень простой. Тебе протягивают коробку спичек.
