Недотрога для дракона. Боевая академия (СИ)

Вдруг ещё она заподозрил неладное, увидев меня в форме боевика?”

Спустя десять минут получаю в ответ короткое “Иди”.

Дорога до кладбища занимает около часа. Чтобы успеть до отбоя, лезу в заначку и беру пассажирский каретник, который останавливает меня у огромных кованых ворот. Водитель за дополнительную плату соглашается подождать меня и довезти обратно.

Иду знакомой дорогой, сквозь сгущающиеся сумерки. Петляю между могилами, в тусклом свете фонарей читаю имена и даты.

И не сразу замечаю таинственного посетителя возле памятника отцу.

Смотрю в ненавистные тёмные глаза, читая в них удивление.

— Какого чёрта ты здесь забыл, Каллахан?

Глава 13

Тэйран отвечает не сразу. В вечерней полутьме вижу, как хмурится его лоб, глубокая морщинка пролегает между бровями, а глаза превращаются в две узкие щели.

Скривив чувственные губы, он слегка наклоняет голову влево и удивлённо — недоверчиво спрашивает:

— А ты что здесь делаешь, монстр? Разве ты не должна под тусклым светом дешёвой лампы писать заявление на отчисление?

С неимоверным трудом разрываю зрительный контакт.

Оставляет видимой лишь отменную внешность.

С тоской смотрю на высокий памятник, вижу выбитый на камне портрет папы. Такой красивый, мужественный, уверенный в себе. Упорно не опускаю взгляд ниже, чтобы не прочесть две даты: рождения и смерти.

Слёзы предательски наворачиваются на глаза, и если бы не проклятый Тэйран, оказавшийся здесь не к месту, я бы дала волю рыданиям. Так сильно скучаю по нему.

Как же мне не хватает папы!

— Мне не нравится, что я не получил ответа, монстр! — бесцеремонно вторгается в моё сознание голос Каллахана.

Уйди, прошу! Просто оставь меня наедине с тем, кто был самым близким моим человеком!"

"Мне стоит неимоверного труда сглотнуть слёзы и произнести обманчиво — безразлично, пряча всю невысказанную боль внутри.

— Рэйнальд Ирвайн был моим героем, — отвечаю честно, но готова сделать всё, лишь бы Тэйран ничего не заподозрил. — Я хочу быть как он, поэтому и поступила в Королевскую Боевую Академию.

— Моя, что? — непонимающе хлопает ресницами Каллахан.

А я даже в полутьме вижу, что они длинные, густые, красивые. Любая девчонка отдаст многое, лишь бы у неё были такие отменные ресницы.

О чём я вообще думаю?

Злюсь на себя, пытаясь выгнать из мыслей проклятого драконище.

— Очередь, — скупо цежу слова. Чем меньше скажу, тем меньше последует вопросов. — Почему ты здесь?

Глаза ректорского сынка немного расширяются в удивлении.