Небо над бездной

Что они собираются с ней делать?

— С кем?

— С Соней. Смотрите, она как будто под гипнозом.

— По моему, они просто дурью маются. Продолжение праздника. Очередное представление Йорубы, — прошептал Петр Борисович и даже попытался усмехнуться.

Соня медленно приблизилась к пылающему овалу. В свете свечей стало видно совершенно белое, как гипсовая маска, лицо, застывшие глаза. Хот продолжал шипеть, изрекать какие-то заклинания. Поднял правую руку, ладонью вниз, и произнес по русски, без малейшего акцента:

— Ты отрекаешься от страны, в которой родилась и живешь, во имя благословенных мест, которых достигнешь, отринув этот нечистый мир, проклятый небесами.

— Клятва баварских иллюминатов, Адам Вейсгаупт, восемнадцатый век, — прошелестел рядом шепот Орлик.

Повисла мертвая тишина, шипение прекратилось. Соня стояла неподвижно. Хот застыл перед ней на постаменте, вытянув вперед правую руку. Прошло минуты три. Соня шевельнулась, вздрогнула, немного отступила назад, лицо ее исказилось, послышались тихие странные всхлипы.

И вдруг, непонятно откуда, возник новый голос, он говорил по шамбальски, несколько раз отчетливо прозвучало слово «хзэ».

— Ты исчерпал себя, Хзэ, твоя эпоха кончилась, твое место на галактическом дне, — быстро, нервно зашептала Орлик на ухо Петру Борисовичу, — да, кажется это так переводится, хэтвеш, самый нижний слой ада в шамбальской мифологии.

Опять тишина. Свечи вспыхнули ярче, заговорил Хот, тоже по шамбальски.

— Мой властелин, я нашел адепта, у меня есть идея, дай мне отсрочку, — перевела Елена Алексеевна.

— Хзэ, ты решил поторговаться со мной? Ты, кусок дерьма… Извините, очень грубое шамбальское ругательство. Твоя идея войны между мужчинами и женщинами… Еще ругательство, совсем нецензурное. Ну, в общем, имеется в виду, что это глупая, бессмысленная идея… У тебя нет адепта. Отправляйся в хэтвеш.

— Помните, как Йоруба впитывал космическую энергию черепа и общался с инопланетянами? — прошептал Петр Борисович. — Вот сейчас они занимаются примерно тем же. Дурацкие игры.

— Да, Учитель, да, Учитель, — повторял внутренний суфлер.

Собственных мыслей не осталось, только этот голос. Соня глядела в пылающие глазницы и ничего не видела, кроме огня. Следовало шагнуть в огонь, омыться огнем, очиститься от лжи, освободиться от пустых иллюзий, стать сильной и свободной. Внимательно выслушать первое изречение, произнесенное по русски, дождаться паузы, сделать три шага вперед, ответить: да, Учитель. Второе изречение, шесть шагов к правому краю Великого ока. Да, Учитель. Третье изречение. От края еще шесть шагов. Встать слева от Учителя, ответить: да, Учитель.

Она не помнила, каким образом попала в церемониальный зал, что было за час, за день, за год до этого.