4
0Льюис сказал, что вы очень опытный адвокат, — она взглянула на него и, улыбнувшись, продолжила: — Но, честно говоря, вы не похожи на человека, искушенного в борьбе с авантюристами.
— Главное не форма, а содержание. И уж кому-кому, а мне-то вы можете довериться.
Девушка вкратце объяснила Рикардо смысл дела, из-за которого побеспокоила его, и добавила:
— Я хотела бы, чтобы вы поприсутствовали при передаче денег и помогли оформить необходимые бумаги.
— И всего-то? Ну, это проще простого. С радостью помогу вам. Когда потребуется мое присутствие?
— Чем быстрее, чем лучше. Может быть, завтра утром, если у вас, конечно, есть время.
— Хорошо. Как раз утром я свободен и с удовольствием помогу вам.
— Прекрасно. В таком случае я сейчас же отправлюсь в банк и сниму со счета необходимую сумму. А завтра я заеду за вами часов в десять, ладно?
— Буду с нетерпением вас ждать, — сказал он, в очередной раз широко улыбнувшись, продемонстрировав при этом великолепные, сверкающие белизной зубы.
По дороге домой Элен заехала в банк и получила три тысячи новенькими стодолларовыми банкнотами.
На следующий день, заехав за Рикардо, девушка отправилась в больницу. По дороге молодой человек развлекал ее историей их с Льюисом дружбы, размахивая, по своей привычке, руками.
— Вы меня отвлекаете от дороги, — смеясь сказала Элен. — Я же сейчас еще на кого-нибудь наеду. И что тогда будем делать?
— Только не это! — воскликнул он.
В больнице все прошло как по маслу.
Малло долго и подозрительно разглядывал Рикардо. Было видно, что адвокат не внушает ему особого доверия.
— Кто это? — спросил он хмуро.
— Мой адвокат, — спокойно ответила Элен.
— Пусть он выйдет в коридор.
— Сеньор Малло, — спокойно, с налетом некоторого безразличия, ответил Рикардо. — Если вы все еще заблуждаетесь относительно того, кто здесь ставит условия, то я могу вам объяснить это еще раз, хотя, по-моему, сеньора Хартгейм сделала это еще вчера, и достаточно доходчиво.
— А тебе-то откуда знать? — огрызнулся сутенер.
— Я прослушал магнитофонную запись, сделанную на этом самом диктофоне.
Рикардо вытащил из «кейса» крохотный диктофон «сони». Элен, впервые увидевшая его, все же сумела удержать улыбку."
"— Знаете ли, конечно, запись не имеет юридической силы в суде, но, думаю, ее окажется вполне достаточно для того, чтобы у присяжных создалось о вас однозначное мнение, — пояснил адвокат. — Это на тот случай, если вы, сеньор Малло, переменили свое решение и воспылали желанием довести дело до суда.
— Черт! — рявкнул сутенер, ненавидяще глядя на девушку. — Bastardos puta!1
— Вам не нужно было этого говорить, — потемнел Рикардо. — Ваш гонорар снизился ровно на пятьсот долларов.
Малло побледнел от злости:
— Ты не смеешь этого делать!
— Конечно, смею, — улыбнулся тот.
