3
0Эта черта вообще отличала её от многих других — умение держаться.
Перед тем, как захлопнуть машину, я обхватил ладонями её лицо, вытер со лба испарину и сказал, смотря ей в глаза. Заставляя и ее саму смотреть на меня:
— Все будет хорошо, родная. Клянусь тебе. С тобой и Горошиной все будет хорошо.
— Отвези меня в роддом, — прошептала она и, едва я убрал ладони, закрыла глаза. На лице её появилось облегчение, мышцы тоже стали не такими напряжёнными. Я быстро посмотрел на часы, засекая время. Тут же на Инну.
— Садись с ней, — кинул ей. Она опять была какая-то оцепеневшая, неживая. Церемониться с ней у меня не было больше сил, всё, на что меня хватило — легонько ударить её по лицу и следом тряхнуть за плечо. — Приди в себя, черт возьми! Инна, давай, соберись.
Наверное, именно это мне и стоило сделать уже давно. Она быстро стерла сорвавшуюся слезинку и, ничего не сказав, кивнула. Кивнула еще раз, как будто уже самой себе и юркнула на заднее сиденье.
Я с силой хлопнул дверью, обошел автомобиль и, не теряя ни секунды, уселся за руль. Резко вдавил педаль, сорвал машину с места и вывернул с заправки. Нужно было вернуться в город и сделать это как можно быстрее. Достал телефон, набрал Давиду.
— Приготовь родовую, срочно! — приказал без предисловий. — Если Марина уже ушла, верни её. Мне нужна лучшая акушерка. Алина рожает, Давид! Будем через полчаса.
— Я не поеду в твою клинику! — нервно выкрикнула Алина, голос её звенел. — Не поеду, Громов! Отвези меня в нормальный роддом!
— Я отвезу тебя туда, где тебе будет лучше, — процедил сквозь зубы.
— Лучше?! — отрывистый, саркастический смешок.
— Да, лучше, — перевёл взгляд с зеркала заднего вида, сквозь которое только что мы смотрели друг на друга, на ленту дороги. Всё потом. Всё личное потом. Сейчас мне нужно сохранять абсолютную трезвость ума. Никаких лишних эмоций. Потом.
— Я тебя ненавижу, — донеслось сдавленное с заднего сиденья.
— А я тебя люблю, — ответил ей, не отрывая взгляд от дороги.
Стон Алины нарушил образовавшуюся вдруг на мгновение тишину. Слишком часто. Для того, чтобы понять это, на часы мне было смотреть не нужно. Слишком, чтоб его, часто! Эй ты, там наверху? Если ты все-таки там сидишь, знай, я сделаю все, лишь бы мои девочки были в порядке. Я клянусь тебе. Клянусь.
Глава 40
Алина"
"Открыв глаза, я не сразу сообразила, где нахожусь. Сознание будто заволокло туманом, голова была тяжелая. Потолок, расплывающиеся очертания окна… Сильно хотелось пить. Так сильно, как не хотелось, наверное, ещё ни разу в жизни. Первым порывом было коснуться живота, успокоить мою малышку, но едва я приподняла кажущуюся неимоверно тяжелой руку, память начала подкидывать мне клочки воспоминаний.
