Лекарь Империи 6

— Лекарь, есть еще кое-что, — голос капитана был немного смущенным. — Любовница его вспомнила одну деталь, говорит, может, это важно. У него на коже, в основном на голенях и предплечьях, иногда появлялись странные красные узелки. Очень болезненные на ощупь. Он их тщательно прятал под длинной рубашкой, видимо, стеснялся. Появлялись на несколько дней и потом исчезали сами по себе.

Я замер. Весь мир сузился до голоса Громова в трубке.

Кожные узелки. Болезненные. На голенях.

Это был последний, недостающий, самый яркий и характерный кусочек пазла. Финальный мазок, завершающий картину.

Узловатая эритема… или кожная пурпура… Классическое, хрестоматийное проявление. Мысли неслись с бешеной скоростью.

Как я сразу не догадался! Я был так зациклен на внутренних органах — на почках, на легких, — что совершенно забыл про самый большой орган человеческого тела. Про кожу!

Теперь все сходилось. Все до единой детали.

Я вскочил из-за стула, чувствуя, как по телу разливается горячая волна триумфа. Азарт охотника, загнавшего свою добычу.

— Капитан, я знаю, что с ним! — выпалил я в трубку, не в силах сдержать эмоции. — И я точно знаю, как его спасти!

— Отлично! — в голосе Громова послышалось облегчение. — И что же это?

— Завтра все расскажу, — ответил я, мгновенно возвращая себе самообладание и переходя в режим стратега. — Но я вам обещаю — завтра утром он будет в полном сознании, адекватен и готов к обстоятельному, продуктивному разговору. И он будет говорить все, что вы захотите.

— Как вы его заставите? — в голосе капитана прозвучало недоверие.

Я позволил себе холодную, хищную усмешку.

— У меня есть план. И теперь у меня есть идеальный рычаг давления на него. До завтра, капитан.

Я повесил трубку, не дожидаясь ответа. Диагноз был поставлен.

Глава 3

Я вылетел из кабинета и почти бегом направился по коридорам больницы.

В голове уже не было места сомнениям или анализу — только четкая последовательность действий. Шаг первый — заручиться поддержкой ключевых фигур. Шаг второй — получить препараты. Шаг третий — начать игру.

Кабинет Шаповалова был единственным, где под дверью виднелась полоска света. Я вошел без стука.

Мастер-целитель сидел за своим столом, заваленным историями болезни, и что-то быстро писал, хмуря густые брови. Он поднял на меня раздраженный взгляд, готовый высказать все, что думает о нарушителях его ночного покоя.

— Разумовский, что стряслось?

— Я знаю, что с ним, — ответил я, подходя к столу и опираясь на него руками. — И я знаю, как заставить его говорить.

Шаповалов отложил ручку. Его раздражение мгновенно сменилось напряженным вниманием.

В этот момент дверь снова открылась, и в кабинет заглянул Артем. Он выглядел уставшим и держал в руках распечатку кардиограммы.