Наизнанку (СИ)

 — Он домогался тебя в течение двух лет, а ты не говоришь об этом своей матери? Надо было донести до нее это! Неужели ты не понимаешь, что это неправильно? Она же даже не знает с кем живет.

— А может и знает, но не хочет себе в этом признаваться. Я не виню ее, это как больной с гангреной ноги, он хочет оставить ногу в любом случае, потому что без нее ему будет плохо. Так и моя мама. Она его любит. Впервые в жизни любит и в ответ получает хорошее от него отношение. Она, как и другие, хочет хоть чуточку получить кусочек своего счастья, пусть и не совсем правильного. Если я лишу ее этого, она возненавидит меня.

Так и будет. А я не хочу лишаться единственного родного человека в моей жизни. Эгоистично-да, значит я вот такая. Хватит стоять по середине дороги, — снова берет меня под руку и ведет вперед. — Нам осталось совсем немного.

Не могу понять почему меня так взбесил ее рассказ. В принципе ее можно понять- она держится за мать, но это неправильно. Я не любитель этого дурацкого «неправильно» не могу подобрать другого слова.

— Мы пришли, — сам не заметил, как мы уже вошли в помещение. — Это что пышечная?

— Да.

Та самая легендарная пышечная. Где-то здесь должен быть рыжий котик. Был здесь когда-нибудь?

— Не был, — не могу скрыть улыбки. Она привела меня в пышечную! Сначала сладкий музей, теперь пышечная, что будет дальше? Через минуту мы уже забираем тарелки с пышками, обильно посыпанными сахарной пудрой и два кофе. Я не знаю, как описать свое состояние, но, кажется, я понял, что такое гастрономический оргазм. Не помню, когда еще получал такой кайф. Черт, где я раньше был?

— Вы довольны, Марк Михайлович?

— Безумно. Еще раз назовешь меня по отчеству в нерабочее время, я тебе продемонстрирую попус ременюс.

— Это одна из знаменитых китайских точек, примерно, как и моя хунь-вынь?

— Твоя хунь-вынь, лапа моя, это оговорка по Фрейду. Говорит все за тебя: срочно нужен секс.

— Никакая это не оговорка, просто у меня фантазия закончилась, вот и придумала первое пришедшее на ум. Там все на хунь.

— Но не вынь.

— Ой, все. Нам пора, у нас скоро третий пункт начнется. Жаль котика не увидели.

— Если ты про рыжего и усатого, он на стуле сидит около ребенка, — Марина поворачивается и с улыбкой смотрит на кота.

— Жаль не сфоткаться. Ладно, как-нибудь в другой раз. На выход, Марк Михайлович, нас ждет пункт номер три.

— Меня ждет пункт номер три, а тебя попус ременюс.

— Это, блин, вообще что? Я туго соображаю после пышек, Марк Михайлович, знаете они все-таки в жиру жарятся. Ну холестерин там и все такое.

— Готовь задницу, Марина холестерина. Вот что.

Глава 20

Первая мысль, которая посетила мою голову, когда мы зашли в торговый центр- меня ведут в боулинг, но нет. Это определенно кинотеатр.