Наизнанку (СИ)

Итак, в место номер два мы идем ножками. Понимаю, что вы, папенька, привыкли пристраивать свою пятую точку в удобный салон автомобиля, но ходить тоже надо.

— Дочь моя, ты сейчас ходишь по тонкому льду. Веди папулю и начинай рассказ, — Марина берет меня под руку, и мы направились к пункту номер два.

— Моя мама была всегда одна, сколько себя помню около нее не было ни одного мужчины, как-то она проговорилась, что после папы их на дух не переносит, да и у нее на это совершенно не было времени. С двумя работами это было действительно сложно. Но вот на работе она и встретила Влада.

Вообще-то он был классный. Обеспеченный, красивый, молодой, проще говоря, мечта всех женщин. Мама была им очарована и летала на тех самых крыльях.

— Каких крыльях?

— Куриных. Не тупи. На крыльях любви. Поженились. Я, как и мама, купалась по нашим меркам в роскоши. Собственная большая комната, моя первая поездка на море. Ты, кстати, был на море?

— Конечно, был.

— А вот я не была. Какая же в Египте была голубая водичка… Прелесть просто. Кажется, ну как можно купаться в декабре? Оказалось, можно.

Вот, кстати, после моря все изменилось, мне как раз стукнуло на отдыхе шестнадцать. И после этого Влада как подменили. Нет, он по-прежнему был идеальным мужем для мамы, щедрым и прочее, но как только маму положили в больницу…"

"— Он начал к тебе приставать. Ты же достигла возраста сексуального согласия, вот этот пидар и ждал шестнадцатилетия. Продуманный муженек у твоей мамы.

— Я не задумывалась о таком. Но я честно не давала ему повода. Просто так сложилось. Я тогда маме все рассказала, но она не поверила мне. Только не надо ее осуждать.

— Да что ты, конечно, не буду, она хорошая мать.

— Плохо скрытый сарказм.

— Да я вообще его не пытался скрыть. Ну и что потом?

— Да ничего, все банально. Мамы нет-пристает, мама приходит-идеальный муж. Он не всегда приставал, да и вообще он странный тип, говорил, что меня любит и типа плохого мне ничего не сделает.

— Пи*дец какой-то. Ну и когда из дома ушла?

— Как только мне стукнуло восемнадцать. Ушла и жила в общежитии. Мой отчим был категорически против моего ухода. Мол развращенная жизнь и все такое.

Запретил маме давать мне денег, или у них жить или сама. Мама тогда уже не работала, но все равно как-то передавала мне по возможности. Вот уже четыре года я вижу своего отчима только по праздникам, на которых ему очень сложно ко мне подкатывать, ибо мама всегда рядом. Не надо думать, что моя мама плохая, и ей наплевать на меня. Это не так. Она меня любит, и я ее тоже люблю. Кроме нее у меня никого нет в жизни.

— Ты сейчас серьезно? — останавливаюсь посередине тротуара и заглядываю ей в глаза.