Малыш от мажора

— Теперь я покормлю ее и уложу в кроватку. После того, как она поспит, мы будем полдничать, потом играть, а затем ужинать. Дальше снова играть, после чего начнем укладываться на ночной сон. Если повезет и Машуня не станет капризничать, сон продлится всю ночь до утра.

Перечисляю все это, а сама продвигаюсь по направлению к детской.

— Ты все же уверен, что мне можно кормить? — спрашиваю снова.

Вопрос важный, не грех переспросить и еще раз все уточнить.

— Абсолютно.

— Что это был за препарат?

— Я тебе не скажу, ни к чему. Но даю гарантию, все будет в порядке.

— Ладно.

Усаживаюсь в кресло, поджав под себя одну ногу и устраиваю дочку поудобнее для кормления. Поворачиваюсь к Никите.

— Я сейчас буду кормить, — говорю ему.

— Давай.

Но продолжает стоять в дверях.

— Может, ты выйдешь? Мне неудобно при тебе.

Он отрицательно качает головой, хотя и не делает попыток подойти ближе.

Маша взмахивает ручонкой, так что игрушка отлетает на пол, и принимается капризничать. Тянется к моей груди и чуть не присасывается прямо к блузке."

"Я снова выразительно смотрю на Никиту, но он делает вид, что не понимает намеков.

Ладно, черт с тобой. Смотри, если тебе так хочется.

Быстро расстегиваю блузку, достаю грудь и тут же придвигаю сосок, из которого чуть не сочится молоко, к дочкиному ротику.

Медвежонок просто набрасывается на еду и начинает активно и нетерпеливо сосать, обхватив грудь ладошками.

Я слежу за тем, чтобы она не наглоталась воздуха в первые же секунды кормления, но совсем скоро дочка приноравливается к потоку молока и начинает сосать спокойно и размеренно.

Я выдыхаю.

Мне самой становится гораздо легче, а противная тянущая боль отпускает с каждой секундой.

Никита смотрит на нас некоторое время, потом разворачивается и выходит из комнаты.

Я откидываюсь на спинку кресла и закрываю глаза. Мне хочется расслабиться хоть ненадолго. Необходимо, пусть сделать это весьма и весьма сложно.

Несмотря на то, что Никита, вроде бы, адекватно отнесся к новости, на самом деле это ничего не значит.

Сделан только первый шаг, даже полшага, а самое сложное нам еще предстоит.

Раз Никита не стал выяснять отношения при тете или дочке, это означает одно. Разговор состоится, но состоится без свидетелей, один на один. Причем в самое ближайшее время.

Машуня начинает клевать носом и вскоре засыпает совсем. Я вытаскиваю сосок из ее расслабленного полуоткрытого ротика, убираю грудь обратно в бюстгалтер. Застегиваю все, поправляю блузку. Осторожно поднимаюсь с кресла с малышкой на руках, а потом укладываю дочку в кроватку.

Теперь нужно найти Никиту, но я не спешу это делать.

Прохожусь по комнате, переодеваюсь в домашний спортивный костюм.

Мне страшно сталкиваться нос к носу с Никитой, и я тяну время, как могу.