Кто в чемодане живет?

– Частный детектив Иван Павлович Подушкин, – представился я, – беседовал, госпожа Капралова, вчера с вами по телефону.

– Так вы следователь или нет? – напряглась Майя. – Я не разбираюсь в званиях: детектив, сыщик… кто там еще бывает? Сказали по телефону, что ищете того, кто убил Мирона?

– Верно, – согласился я, – буду благодарен вам за вашу помощь.

– Значит, следователь, – сделала неверный вывод Майя, – проходите в гостиную.

– Извините, что потревожил вас в момент горя, – произнес я, усаживаясь в кресло."

"– От того, что стану рыдать, Стен не вернется, – вздохнула Майя, – я понимала, что он намного старше, но забывала, сколько ему лет.

Фил был невысоким, мог спокойно влезть в мои джинсы. Если натягивал бейсболку, козырьком лицо прикрывая, ему говорили: «Мальчик!» Знала, что муж уйдет раньше меня, но не предполагала, что так быстро. Филиппа убил Мирон! Да! Сын ненавидел отца!

Я открыл рот, но Майя не дала мне слова произнести.

– Стен был со мной предельно откровенен. У нас существовали планы на совместную, счастливую жизнь. Я все-все про Фила знала. Во всем виновата Анастасия Сиротина! Мразь! И дети от нее подонки.

Я напряг память.

– Вы говорите о первой жене Игоря Андреевича Лапина?

– Да, – выкрикнула Майя, – гад!

Я вздохнул. Похоже, женщина находится в крайне нервическом состоянии, она зла на всех.

– Анастасия дрянь! – продолжала Майя. – Пакость!

– Вы хорошо знали эту женщину? – осторожно уточнил я.

– Вы что, видите перед собой ровесницу египетской пирамиды? – взвилась собеседница. – Да Настька умерла сто лет назад. Так ей и надо!

– Не так уж и много годков с момента ее исчезновения прошло, – сказал я, – по словам Галины Михайловны, она удрала от мужа, потому что категорически не хотела заниматься маленьким ребенком.

– Конечно, – вспыхнула хозяйка, – она и Мирона бросила. Тварь.

– Мирон сын Анастасии? – удивился я.

– Да, – подтвердила Майя.

– Но в его метрике нет сведений о матери, – возразил я, – меня сей факт удивил. Иногда у младенца отсутствует запись об отце, мать не указана, как правило, у детдомовцев. А у Мирона есть папа, но нет мамы. Странно.

– В биографии Стена тоже не было супруги Майи, – передразнила меня девушка, – но вот я, сижу перед вами.

Фиговый вы следователь, Подушкин, если верите исключительно документам. Стен вообще-то не Стен и не Филипп. Он…

Я, слегка задетый словами «фиговый следователь», перебил:

– Федор Стентин.

– И что вы об этом человеке знаете? – хмыкнула Майя.

– Только общие сведения, – после небольшой паузы ответил я и вынул айпад. Мать: Мария Григорьевна Стентина, уборщица в музее. Отца нет. Вернее, он, конечно, был, но по документам родитель Федора неизвестен.