Крылья огненных драконов

Зеленоглазая Грета всегда была очень подвижной девочкой, затейницей игр, она придумывала веселые стихи, де Гиссар даже помнил некоторые из них.

Элеонора слыла тихоней и живым играм предпочитала вышивание.

Абигайль и Тирондаль, близняшки, в детстве были так похожи одна на другую, что их трудно было различить, однако сейчас, повзрослев, каждая приобрела что-то свое, отличающее ее от сестры."

"– Ты узнаешь меня, Эверхард? – обратился де Гиссар к графу, человеку, которого когда-то ему хотелось называть своим отцом. Со времени их последнего свидания фон Бренау сильно изменился. Он погрузнел и поседел, но это был все тот же лев, готовый в случае необходимости пожертвовать кем угодно.

Вопрос удивил старого графа. Он с враждебным любопытством окинул де Гиссара ледяным взглядом и покачал головой:

– Не имел чести быть представленным…

– Приглядись повнимательнее – мы знакомы, мы очень хорошо знакомы. – Де Гиссар даже подался вперед, однако граф отвернулся.

– Если бы мы встречались, я бы вспомнил.

– Что ж, я постараюсь излечить тебя от забывчивости, хотя бы ненадолго.

С этими словами де Гиссар указал на Грету.

Разумеется, он мог отдать своих несостоявшихся сестер на потеху дезертирам и наемникам, и такая месть доставила бы графу фон Бренау больше страданий, однако забыть годы, проведенные в этой семье, было не под силу даже де Гиссару, поэтому он решил иначе – остро отточенный тесак уйгуна снес Грете голову.

Элеонора громко закричала, близняшки упали в обморок. Алая кровь толчками полилась в пыль, а зеленые глаза с выражением крайнего удивления уставились в синее небо.

– Ты все еще не вспомнил меня? – спросил де Гиссар.

– Будь ты проклят! – выкрикнул старый граф, а Альфонс, понимая свою участь, громко зарыдал.

– Хорошо, – спокойно произнес де Гиссар и указал на Элеонору.

Девушка перестала плакать и повернулась к отцу, чтобы произнести имя их мучителя, ведь она его узнала, однако меч уйгуна опередил ее, и Элеонора отправилась следом за сестрой.

Де Гиссар перевел дух, ему хотелось, чтобы его узнал именно граф фон Бренау, а не его дочери.

– Будь ты проклят! – снова прокричал тот.

– Давайте следующих… – махнул рукой де Гиссар.

– Они в беспамятстве, хозяин, – развел руками уйгун Райбек.

– Рубите так.

Близняшек прикончили прямо в пыли, и де Гиссар снова обратился к фон Бренау:

– Посмотри на меня еще раз, граф. Не отягощай свою душу перед смертью, если узнаешь – скажи.

– Будь ты проклят!

Победитель пожал плечами и указал на Альфонса. Тот взвыл и, вскочив, сделал отчаянную попытку убежать, чем немало насмешил солдат де Гиссара.

Избитый фон Бренау с сожалением посмотрел на сына, которому изменило мужество.

– Не таким ты видел своего наследника, правда? – усмехнулся де Гиссар.