Кровник (пенталогия)

Но для того, чтобы попасть в ее квартиру, мне нужно было пройти от автобусной остановки триста метров по людному проспекту, где каждый десятый мог оказаться знакомым, войти в арку и прошагать пятьдесят метров по двору, в котором полторы сотни человек, с полным на то основанием, могли либо плюхнуться в обморок от удивления, либо изумленно завопить, свесившись с балкона: «Антоха, ты?! Не может быть!»

В мои планы это никоим образом не вписывалось, поскольку Антоха — то бишь Антон Иванов, официально перестал существовать шесть дней назад.

Его сильно обугленный труп был найден утром 28 сентября в водопроводном коллекторе, неподалеку от ж/д вокзала города Батайска, что в Ростовской области.

В том, что погибший именно Антон Иванов, не было никаких сомнений. На шее трупа был обнаружен титановый медальон с личным номером, соответствующим тому, под которым в реестрах Внутренних Войск до недавнего времени числился командир группы спецназа по прозвищу «Сыч».

Последующая за обнаружением медальона идентификация, проведенная с использованием истории болезней, изъятой из архива армейского госпиталя, где этот самый Иванов неоднократно валял дурака после ранений и лечил зубы, дала однозначно положительный результат.

Я не знаю, каким образом это удалось спецам, нанятым приятелями Белого, но подозреваю, что добиться полной идентификации они могли двумя способами: либо подвергли ревизии мои истории болезней, либо… либо отрихтовали того несчастного бомжа так, чтобы он по всем параметрам подходил под мою личину.

Если имел место второй вариант, мне искренне жаль этого парня, поскольку перед умерщвлением ему должны были:

а) сломать и срастить пять костей на руках и ногах;

б) соорудить дыру в верхней трети левой лопатки;

в) вживить в спину четыре спонтанно перемещающихся осколка;

г) удалить мизинец на правой ноге;

д) поставить семь коронок.

И заметьте — все это экстренное медобслуживание необходимо было произвести в рекордно короткий срок — максимум за неделю.

— Тебя это не должно волновать, — мудро заметил Белый, когда я поинтересовался, каким образом обстряпали дело. — А стоит эта услуга мизер по нашим временам — 15 штук баксов.

— Это что, человеческая жизнь оценивается в 15 штук? — удивился я.

— Ну что ты! — в свою очередь, удивился Белый. — Это же бомж! Бомж ничего не стоит.